Д

 

1.     ДА

Современные значения слова ДА русском языке:

1) ДА – согласие, антоним к слову НЕТ;

2) решительное пожелание того, чтобы это сбылось: ДА будет! – пусть будет!

3) соединительный союз – синоним союза И: ты ДА я;

4) возражение, синоним слова НО: я бы хотел это сделать, ДА не решился.

Кроме того, учитываем и другие славянские значения:

В сербском языке: ДА – чтобы, да; в словенском: DA – чтобы; в древнечешском: DA – поистине, конечно; в польском: DA – с тем, чтобы.

В верхнелужицком частица DA выражает нетерпение: ну, же! Например: DA PRAJ! – да говори же, наконец! Нечто подобное есть и в русском языке – смотрим 2-й пункт.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней, которым можно объяснить все четыре пункта:

DhXj + XD = постановление + подобающее.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhe-ad.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhead > dhād > ДА – закономерно.

Первоначальное значение: принятие правильного решения о том, что должно быть именно так, а не иначе. Применительно к четырём пунктам, это выглядит так:

1) ДА (согласие) – да, это именно так, а не иначе;

2) ДА (путь) – пусть будет именно так, а не иначе;

3) ДА (в значении И) – добавление чего-то дополнительного, чтобы получилось правильно.

4) ДА (в значении НО) – возражение с указанием на то, что нужно делать так, а не иначе.

С большою долею осторожности допускаю и такой вариант, которым можно было бы объяснить только первые два пункта:

DXw + XwD = жертвоприношение + для приплода (урожая).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-od.

Дальнейшая фонетическая судьба: dood > dōd > ДА – закономерно.

Первоначальное значение: пожелание того, чтобы всё было хорошо; пусть будет (да будет) хорошо!

Отдаю предпочтение первому варианту.

Возможно, оба варианта имели место в действительности. Если так, то первый из них принадлежал италийскоязычным венетам, а второй – праславянам. При соединении праславян и италийцев произошло сначала смысловое сближение обоих слов, а затем – и контаминация.

 

2.     ДАВЕЧА

Значение русского слова ДА́ВЕЧА: то, что было недавно (ещё сегодня); то, что было незадолго до момента разговора. Слово считается устарелым, книжным (в произведениях русских классиков 19-го века оно встречается постоянно) и диалектным, но всё ещё не вышло из употребления и, быть может, ещё вернётся в активный русский язык.

Слово ДАВЕЧА – чисто русское изобретение, и это слово стоит в одном ряду со словами НОНЕЧА и ТЕПЕРИЧА (есть шутливое выражение: НОНЕЧА ТЕПЕРИЧА не то, что ДАВЕЧА). Допускаю, что в русских диалектах и говорах можно вписать в этот ряд не три слова, а более, но, как бы там ни было, а первичным здесь является слово НОНЕЧА, являющееся шутливою или разговорною переделкою слова НЫНЧЕ (смотри статью словаря).

Предметом этимологического рассмотрения должно стать древнерусское и старославянское слово ДАВѢ. То, что буква «Ѣ» произносилась в этих двух языках по-разному, не имеет значения. Кроме того, следует учитывать малороссийское слово ДА́ВI и словенское DAVE – сегодня утром.

Зная фонетические законы, восстанавливаем приблизительное дославянское произношение этого слова: dāwaj-, dāwoj-, dāwej-, dāwē-. Последнее предположение и представляется наиболее вероятным и берётся за основу. Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней для него выглядит так:

DX + XW + WDh = рекою + кинутое прочь + уносится (как ненужное).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: da-aw-wedh.

Дальнейшая фонетическая судьба: daawwedh > dāwedh > dāwē > ДАВѢ – строго закономерно.

Первоначальное значение: то, что быстро ушло в прошлое так же точно, как уносится течением то, что мы бросили в быструю реку.

Слово ДАВѢ имеет италийсковенетское происхождение, а не праславянское (всё италийсковенетское приравнивается к исконно славянскому). Латинский язык является италийским, хотя он и не участвовал в формировании славянских языков. Поэтому столь показательно латинское слово DŪDUM – недавно, только что, прежде. Корень этого слова: DŪD-, и для него с безукоризненною точностью подходит показанная выше среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней!

 

3.     ДАВНИЙ

Современные русские слова ДА́ВНИЙ, ДАВНÓ, ДА́ВНОСТЬ обозначают то, что относится к прошедшему времени.

В старославянском языке: ДАВЬНЪ – в три слога.

В малороссийском языке: ДА́ВНIЙ; в сербском: ДА́ВАН; в словенском: DAVEN; в чешском: DА́VNÝ; в словацком: DА́VNY; в польском и в верхнелужицком: DAWNY.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DX + XW + XjN = в реке + кинутое прочь + утонуло (лежит на дне невидимое).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: da-aw-en,

Первоначальное значение: то, что так же ушло из нашего поля зрения, как и брошенный в воду предмет – утонувший и невидимый. «Кануть в Лету» – это не только выражение из греческой мифологии, но и отражение более древних представлений – среднеиндоевропейских, когда возникло представление о Реке Времени. Этим новым представлениям соответствовал биконсонантный корень DX, который на Среднеиндоевропейском этапе произносился как [dā], [da].

Слово ДАВНИЙ, как я полагаю, имеет праславянское происхождение. Смотрим статью ДАВЕЧА, где отмечается, что это слово имеет италийсковенетское происхождение (каковое также приравнивается к исконно славянскому).

Сходство в происхождении слов ДАВНИЙ и ДАВЕЧА, как видим, есть, но ни в коем случае нельзя говорить о том, что ДАВНИЙ и ДАВЕЧА суть однокоренные слова.

 

4.     ДАД- (корень глагола)

Существует глагол ДАТЬ – смотрим статью, в которой описано происхождение русского корня ДА-. Но в форме будущего времени глагол с этим же значением имеет другой корень, хотя и похожий чисто внешне, а именно: ДАД-, который мы отчётливо наблюдаем в следующих случаях:

мы ДАДим,

вы ДАДите,

они ДАДут.

Этот же самый корень просматривается, но уже не столь явно в случаях:

я ДАм,

ты ДАшь,

он ДАст.

В третьем случае срабатывает славянское и летто-литовское правило: d + t = st (на самом деле: dt > tt > θt > st). В первых двух случаях усматривается аналогия со случаями: я Ем, ты Ешь, где так же точно срабатывают славянские правила: d + m = m, d + š = š.

В глаголах прошедшего времени тоже можно усмотреть корень ДАД-: он ДАл, где dl > l – в рамках славянского фонетического закона. Впрочем, в этом случае можно и поспорить.

Кроме того, корень ДАД- наблюдается в диалектных словах: ДАДЕНО, ДАДЕННЫЙ. В смоленском диалекте: ДАДЕНО – ВЗЯДЕНО.

Вопрос о происхождении корня ДАД- может быть решён так.

DX + DXw = рекою + принятое в дар (от нас).

Эту же конструкцию можно истолковать несколько иначе, отчего общий смысл совершенно не пострадает: … = реке + жертвоприношение.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: da-do.

Возможно, с самого начала вся конструкция понималась так: жертвоприношение, которое уже свершилось, а кроме того, и так: жертвоприношение, которому суждено свершиться. Идея придавать этому корню значения прошедшего и будущего времён, видимо, с изначально была заложена в той среднеиндоевропейской конструкции.

Считаю, что корень ДАД- имеет италийсковенетское происхождение, а корень ДА- – праславянское.

 

5.     ДАЖДЬБОГ, ДАЖЬБОГ (славянский бог)

Современные представления о русском теониме ДАЖДЬБОГ, ДАЖЬБОГ: один из главных богов восточнославянской мифологии. Бог был известен и в других ветвях Славянского мира, но, видимо, пользовался там меньшим вниманием, чем у восточных славян.

Тот факт, что это сложное слово, наводит на мысль о том, что оно непременно должно быть позднего происхождения – не среднеиндоевропейского и даже не праславянского или праиталийского.

Первая половина теонима – это едва ли название самого бога, хотя я и допускаю это. Скорее всего, это была некая характеристика, которая позже была приставлена к существительному БОГ. Характеристика могла быть приставлена и к другому существительному или действовать вообще отдельно.

Этимологическому исследованию подвергается только первая половина сложного слова. По второй половине – смотрим в словаре статью БОГ.

По первой половине выдвигаю два предположения:

1) Это было имя некоего бога. Считаю это маловероятным, но эту версию отработать нужно.

2) Это была некая характеристика, которая, будучи приставлена к слову БОГ, образовала имя языческого божества. Скорее всего, это было новое имя одного из богов, который к этому времени уже был давно признан и хорошо известен, но имел прежде другое обозначение. Называть одного и того же бога разными именами – это общепринятая практика. Например, греки могли называть ЗЕВСА именами Кронион, Кронид и другими словами.

По первому предположению – имя бога:

DX + XGh + JX = в реке (обитает) + могущественный + священный.

Звучание в Среднеиндоевропейскую эпоху: da-agh-ja.

В дальнейшем вполне закономерно получается, по южнославянской версии ДАЖДЬ, а по восточнославянской – ДАЖЬ.

Первоначальное значение: могущественный речной бог. Поскольку в Среднеиндоевропейскую эпоху на первом месте из всех видов религиозного поклонения были именно реки, то это очень похоже на правду. (Замечу в скобках: в эту же самую эпоху индоевропейцы не знали поклонения солнцу!)

По второму предположению: некая характеристика, которая могла быть приставлена к слову БОГ, но могла и существовать отдельно:

DXw + XwD + JW = жертвуем + для плодородия + взаимообразно (мы тебе, а ты – нам).

Звучание в Среднеиндоевропейскую эпоху: do-od-ju.

Дальнейшая фонетическая судьба: doodju > dōdju > ДАЖЬ- – для восточных славян, ДАЖДЬ- – для славян южных. Всё строго закономерно.

Первоначальное значение: рассуждение о том, для чего вообще делаются жертвоприношения богам: мы им дарим что-то, но взамен хотим получить их покровительство.

Всякие попытки к тому, чтобы установить как можно более точно, какими же именно силами природы ведал ДАЖДЬБОГ, ДАЖЬБОГ, натыкаются на те ограничения, которые накладывает возможный в данном случае список биконсонантных корней. За рамки это списка нельзя выйти: рассматриваемый бог назывался либо речным (и это была его точно обозначенная сфера божественного действия!), либо просто могущественным и достойным поклонения. Никаких других предположений быть не может, а те, которые всё-такие делались в древности – это продукт древнего мифотворчества. Современные предположения – это либо народная этимология (дающий бог!), либо фантазии лингвистов, не имеющих представления о методике Н.Д. Андреева. Тем из фантазёров, которые предавались этимологическим мечтаниям до открытий Андреева, это вполне простительно, а те, которые занимаются этим сейчас – это не исследователи, а любители или научные шарлатаны.

 

6.     ДАЛЬ

Современное значение русского слова ДАЛЬ: пространство, находящееся на большом расстоянии от наблюдателя.

В малороссийском языке: ДАЛЬ; в сербском: ДАЉ; в словенском: DALJA; в чешском: DА́L; в польском и в верхнелужицком: DAL.

Этимология рассматриваемого слова состоит из двух составных частей, и одна без другой существовать не может.

Первая часть.

Самое простое объяснение: биконсонантный корень DL из списка Андреева означает идею удалённости.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DL + LJ = вдали + оставшееся.

Среднеиндоевропейское звучание: del-li.

Первоначальное значение: то, что ушло далеко и не вернулось.

Однако не всё так просто, и возникают вопросы. В самом деле: каким образом из delli могло позже получиться слово ДАЛЬ? Рассуждаем так: delli > dolli – это всё закономерно, и из этого должно в итоге сформироваться dolis > ДОЛЬ, но это всё-таки не ДАЛЬ! Чтобы получилась ДАЛЬ, должно быть так: dolli > dōli > dali… Но откуда взялся фонетический процесс o > ō? Ему можно найти три объяснения, которые я располагаю в порядке нарастания моего доверия к ним:

1) удлинение гласного в том случае, если последующий согласный исчезает (dolli > dōli – такое, в принципе, возможно);

2) экспрессия (очень-очень далеко);

3) аналогия с каким-то другим словом, близким по смыслу или по звучанию.

Третье объяснение нахожу самым разумным. Слово из второй части (смотрим ниже), скорее всего, и повлияло на звучание слова из первого части. Кроме того, обращаю особое внимание на четыре статьи данного словаря: ДАТЬ, ДАД-, ДАР и ДАНЬ, где во всех четырёх случаях объясняется, почему мы каждый раз наблюдаем [da], вместо [do].

Считаю, впрочем, что есть ещё одно обстоятельство – также очень убедительное:

4) Расподобление! У дославянского слова dolis возникало опасное паронимическое сближение со словом dolos > dolus (смотрим статью ДОЛ, ДОЛИНА). Правило же у предков славян было такое: паронимы – нежелательны, а омонимы – недопустимы. Это правило и сработало.

Вторая часть не ставит под сомнение первую, а лишь дополняет её.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

SD + XL + LJ = вдалеке + скитаясь + остаться (и не вернуться).

Возможно несколько иное толкование правой половины конструкции: … = вдалеке + среди иноземцев + остаться (и не вернуться).

Вероятное среднеиндоевропейское звучание: zd-al-li.

Следует заметить, что индоевропейцы Среднего периода имели фонему |s|, а аллофон [z] был всего лишь частным проявлением этой фонемы. Стало быть, для предков славян закономерным будет такой фонетический процесс: zdalli > dali. Дославянский грамматический облик этого слова был таким: dalis, но ведь это и есть та самая форма, от которой закономерным образом произошло современное русское и славянское слово ДАЛЬ!

Первоначальное значение: враждебная далёкая земля, чужбина.

Вывод: обе части лишь поначалу существовали независимо друг от друга. Позже произошла контаминация – наложение одного слова на другое, в результате чего и образовалось слово ДАЛЬ – в его нынешнем фонетическом виде и с его нынешним смысловым содержанием.

 

7.     ДАНЬ

Современное значение русского слова ДАНЬ: натуральный или денежный оброк с покорённых племён и народов.

В древнерусском и в старославянском языках: ДАНЬ – в два слога.

В малороссийском языке: ДАНЬ; в болгарском: ДАН; в чешском: DAŇ; в польском и в обоих лужицких: DAŃ.

Первый вариант среднеиндоевропейского сочетания биконсонантных корней:

DXw + NJ = воздаяние + вождю.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-ni.

Дальнейшая фонетическая судьба: do > da – по аналогии с другими словами, где корень, передающий идею давания, произносился (и произносится!) именно таким образом.

Второй вариант:

DXw + XN + NJ = воздаяние + воинам + вождя.

Среднеиндоевропейское звучание: do-an-ni.

Скорее всего, существовали оба варианта, но в разных диалектах, и, возможно, между ними было различие в значениях.

Второй вариант производит впечатление более позднего.

 

8.     ДАР

Современное значение русского слова ДАР: то, что торжественно преподносят в безвозмездное пользование в качестве знака восхищения, уважения, почтения и т.п. Существительное ДАРОВАНИЕ и глагол ДАРОВАТЬ наводят на мысль о том, что истинным корнем в данном случае является ДАРОВ-, а вовсе не ДАР-, как может показаться на первый взгляд. В самом деле, цепочка преобразований darow- > daru- > dar- выглядит очень убедительно и полностью соответствует славянским и дославянским фонетическим законам. Но глагол ДАРИТЬ как будто вступает в противоречие с этим предположением. Да и существительное ПОДАРОК, которое весьма незначительно отличается по смыслу от существительного ДАР, также ложится на ту же чашу весов, где и слово ДАРИТЬ.

В старославянском языке: ДАРЪ, ДАРОВАТИ.

С небольшими оттенками произношения слово звучит одинаково во всём Славянском мире. В малороссийском: ДАР; в болгарском: ДАР; в сербском: ДАР; в словенском: DAR; в чешском: DAR – дар, DА́REK – подарочек; в словацком: DAR; в польском: DAR; в обоих лужицких: DAR.

Исходя из предположения о корне ДАРОВ-, обращаем внимание на конструкцию, предложенную Андреевым (первый вариант):

DXw + RW = жертвоприношение + с кровью.

Среднеиндоевропейское звучание – якобы! – по этой версии, должно быть таким: dō-row, dō-ru. И вот тут возникают сомнения: почему dō-, а не do-? По каким фонетическим законам так получилось?

И в дальнейшем, якобы: dōru > ДАРЪ – закономерно, ибо при переходе в славянское состояние действовало такое правило для слов праславянского прохождения: ō > a. Для слов италийсковенетского происхождения это правило не действовало и заменялось на другое: ō > ū > ы.

Первоначальное значение для этой версии: торжественное жертвоприношение (с жертвенными животными) Высшим Силам.

Считаю такое объяснение маловероятным. Откуда взялся звук [ō], вместо [o]? Можно дать такой ответ на этот вопрос: экспрессия. ДАР – это то, что связано с торжественностью и сильными чувствами, а отсюда и произошло (якобы) древнее удлинение гласного: o > ō.

Поскольку высшею нравственною ценностью в Среднеиндоевропейскую эпоху считались реки (а точнее – их божества), то я выдвигаю такое предположени (второй вариант):

DX + XR = рекою + принимается с удовлетворением.

Среднеиндоевропейское звучание: da-ar.

Первоначальное значение: ДАР, принятый рекою (или её божеством, что одно и то же).

Иначе говоря: слова ДАР и ДАТЬ (смотрим) имеют разное происхождение. Сближение между ними произошло лишь в сознании говорящих, которым эти два слова представляются однокоренными. Наивные представления лингвистов прошлого о том, что слово ДАР образовано от слова ДАТЬ, а слово ПИР образовано с помощью того же самого суффикса от слова ПИТЬ – не подтверждаются данным словарём (смотрим слова ПИР и ПИТЬ).

 

9.     ДАТЬ

Современное значение русского глагола ДАТЬ: создать ситуацию, когда кто-либо получает что-либо.

В древнерусском и в старославянском языках: ДАТИ.

В белорусском языке: ДАЦЬ; в малороссийском: ДА́ТИ; в сербском: ДАТИ; в словенском: DATI; в чешском: DА́TI; в словацком: DAT; в польском и в верхнелужицком: DAĆ; в нижнелужицком: DAŚ.

В литовском: DÚOTI.

Предметом этимологического исследования должен быть лишь русский корень ДА-.

Биконсонантный корень DXw из Основного списка (19-й номер) как будто способен всё объяснить: DXw – это жертвоприношение Высшим Божественным Силам, а идея простого ДАВАНИЯ без связи с ритуалами пришла позже (первый вариант). Это объяснение очень похоже на правдивое, но есть одно возражение: среднеиндоевропейское произношение биконсонантного корня DXw – это [do], а вовсе не [da]. У праславян при переходе в славянское состояние был такой фонетический закон: ō- > a. Стало быть, могло быть так: dō- > da, и вопрос об этимологическом исследовании можно было бы считать закрытым. Но возникают большие сомнения: а по каким законам произошёл переход do- > dō-? Иными словами: откуда взялась долгота? Считаю наличие долготы в этом корне непреодолимым препятствием для того, чтобы свести всё объяснение к одному-единственному биконсонантному корню DXw.

Не могло такого быть: do- > dō- > da-! Было что-то ещё, после чего и возникла долгота. И это «что-то ещё» могло быть только другим биконсонантным корнем. И им мог быть только один-единственный биконсонантный корень XwX – вода, река. То обстоятельство, что в Среднеиндоевропейскую эпоху вода и река, в понимании арийцев, были высшею нравственною ценностью и объектом постоянного поклонения, позволяет предположить такую конструкцию (второй вариант):

DXw + XwX = делать жертвоприношение + реке (воде).

Среднеиндоевропейское звучание: do-oa.

Дальнейшая фонетическая судьба: dooa > dō или dā – с одинаковым успехом. Но при переходе в славянское состояние получается в обоих случаях [da], ибо, как известно, ō > a и точно так же: ā > a.

Первоначальное значение: делать жертвоприношение реке, отдавая ей что-то. Вторичное значение: отдавать всё, что угодно, кому угодно и при любых обстоятельствах.

Русский корень ДАД- (ДАДИМ, ДАДИТЕ, ДАДУТ) имеет другое происхождение и рассматривается в словарной статье ДАД- (смотрим).

Полагаю, что корень ДА- имеет праславянское происхождение, а корень ДАД- – италийсковенетское.

 

10.  ДБАТЬ

Древнерусское и исконно славянское слово, полностью вышедшее из употребления в литературном языке, но существующее в курских и воронежских диалектах. В малороссийском языке: ДБАТИ; в белорусском: ДБАЦЬ; в чешском: DBÁTI; в польском: DBAĆ. Круг славянских значений: заботиться, копить, стараться.

Восстанавливается такая общеславянская форма: ДЪБАТИ.

DW + BhX = сомневаясь (выживем ли, продержимся ли) + громко говорить (об этом, вселяя тревогу о нашем общем благополучии).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-bhā.

Долгота – непременное условие; её назначение: усиление мысли.

Первоначальное значение: выражая беспокойство о положении хозяйственных дел, побуждать всех к улучшению оных.

 

11.  ДВА (числительное)

На древнерусском и старославянском языках: ДЪВА – два слога.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DW + WX = разрубленное пополам + разделённое.

Звучание в Среднеиндоевропейскую эпоху: du-wa.

Первоначальное значение: ДВА – числительное первого десятка.

 

12.  ДВЕ, ДВОЕ, ДВОЙКА (числительные)

В древнерусском языке: ДЪВА, ДЪВѢ; ДЪВОИКА – четыре слога.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DW + XJ = разрубленное пополам + стремительно.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  du-aj.

Первоначальное значение: то число, которое получается после разрубания предмета пополам; ДВА.

Тот удивительный факт, что числительные ДВА – с одной стороны и ДВЕ и ДВОЕ – с другой стороны имеют столь непохожие предыстории, можно объяснить только так: они образовывались в разных диалектах индоевропейского мира. Оба варианта (DW + WX  и  DW + XJ) отражены и в других индоевропейских ответвлениях. Это говорит о том, что колебания по поводу способа образования нового счётного слова существовали у индоевропейцев с самого начала и были понятны всем носителям этого языка.

Современные значения: ДВЕ – два предмета женского рода; ДВОЕ – два живых существа любого пола; ДВОЙКА – разговорное название двух одинаковых или похожих по назначению предметов.

 

13.  ДВЕРЬ, ДВЕРИ

Общеиндоевропейское слово. У славян часто употребляется во множественном числе.

В старославянском яыке: ДВЬРЬ, ДВЬРИ; в белорусском: ДЗВЕРЫ; в малороссийском: ДВЕРI; в словенском: DURI; в польском: DRZWI; в чешском: DVEŘE; в словацком: DVERE; в верхнелужицком: DURJE; в нижнелужицком: ŹURJA.

В литовском языке: DURYS; в латышском: DURVIS. В древнеисландском: DYRR; в шведском: DÖRR. В латинском: FORĒS (f < th < dh) – двустворчатая дверь. В албанском: DERЁ. В древнеиндийском: DVĀRAS.

Есть и другие примеры. Характерно, что из всего этого большого списка лишь четыре слова оказались наиболее близки к древней индоевропейской форме. Это слова в языках русском, малороссийском, старославянском и словацком. Все остальные слова отклонились от первоначального индоевропейского образца.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhW + XjR + RXj = для детей + приоткрываю щель + чтобы направлялись (туда, куда надо).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhw-er-re.

Первоначальное значение: дверь – это такой предмет, через который выпускают детей, открывая его временно, а затем снова закрывая, чтобы они не могли свободно выходить и разбегаться.

Современное значение: ДВЕРЬ – элемент архитектуры и интерьера.

 

14.  ДВИГАТЬ, ДВИЖЕНИЕ

Значение современного русского глагола ДВИ́ГАТЬ в словаре Ефремовой: перемещать, толкая или таща по поверхности.

Формы глагола в старославянском языке: ДВИГНѪ, ДВИЖѪ, ДВИГНѪТИ, ДВИSАТИ.

В малороссийском языке: ДВИ́ГАТИ; в болгарском: ДИ́ГАМ; в сербском: ДИГНУТИ; в словенском: DVIGATI; в чешском: ZDVIHNOUTI; в польском: DŹWIGĄĆ – поднять, возвести; в нижнелужицком: ZWIGAŚ.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DW + JK + GwX = давим + причитая (равномерно) + приходим (всё-таки туда, куда хотели).

Несколько иное толкование: … = сильно сдавливая руками (со всех сторон) + причитаем (равномерно) + приходим (всё-таки туда, куда хотели).

Предполагаемое среднеиндоевропейское произношение: dw-ik-gwa.

Дальнейшая фонетическая судьба: dwikgwā > dwīgwā > dwīgā – строго закономерно.

Первоначальное значение: описывается передвижение совместными усилиями очень большой тяжести, когда собравшиеся с равномерно повторяющимися выкриками сдвигают тяжесть и при этом неуклонно продвигаются туда, куда им нужно.

Смотрим словарные статьи ПОДВИГ и ПОДВИЗАТЬ, ПОДВИЗАТЬСЯ и убеждаемся в том, что слово ДВИГАТЬ не является однокоренным по отношению к этим словам.

 

15.  ДВОР

Утверждения о том, что слова ДВОР и ДВЕРЬ – это один и тот же корень с чередованием гласных подобно случаям ГРОМ/ГРЕМЕТЬ или ЗВОН/ЗВЕНЕТЬ, не выдерживают никакой критики. Среднеиндоевропейская конструкция наглядно показывает, что это просто два разных слова и никакого чередования здесь никогда не было.

Общеславянское слово. Необычно звучит лишь в именительном и винительном падежах в малороссийском языке: ДВIР; в этих же двух падежах – в чешском языке: DVŮR, а также в польском и в обоих лужицких: DWÓR. В этих же самых языках, но в других падежах – слышится обычный корень ДВОР-. Во всех остальных славянских языках слово ДВОР звучит очень похоже уже во всех падежах.

В литовском языке: DVARAS; в латышском: DVARS.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhW + XwR = дети + чтобы вырастали.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhw-or.

Первоначальное значение: место перед домом, огороженное для того, чтобы не разбегались дети. Биконсонантный корень DhW обозначал вначале только девочек, но позже получил и дополнительное значение: дети.

Современное значение: ДВОР – огороженное пространство перед домом.

 

16.  ДВОЯКИЙ

DW + XwJ + XwKw = двойное + как одно + видится.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dw-oj-ōkw.

Первоначальное значение: ситуация, когда при двух разных мнениях или подходах, сохраняется внешнее единство.

 

17.  ДЕБЕЛЫЙ

Очень трудный случай! Всё – спорно.

В настоящее время русское слово ДЕБÉЛЫЙ полностью вышло из живого употребления и изредка встречается либо в старых художественных текстах, либо в диалектах – в таких примерно значениях: крепкий, упитанный, плотный и т.п.

В старославянском языке: ДЕБЕЛЪ – в три слога.

В малороссийском: ДЕБÉЛИЙ; в болгарском: ДЕБÉЛ; в сербском: ДЕБЕО, ДЕБЕЛА; в словенском: DEBEL.

Причина, почему слово ДЕБЕЛЫЙ полностью вышло из употребления в русском языке, кроется в современном произношении этого слова: ДЕБЕЛЫЙ звучит так, словно бы прилагательное БЕЛЫЙ получило приставку ДЕ-, в результате чего образовался какой-то новый смысл. Но такой приставки нет, и никакой смысловой связи между словами ДЕБЕЛЫЙ и БЕЛЫЙ тоже не существует. Между тем, в более ранние времена оба слова произносились по-разному: ДЕБЕЛЫЙ и БѢЛЫЙ, и они не казались похожими. Потом разница в произношении букв «Е» и «Ѣ» постепенно исчезла, но дореволюционная орфография различала написание обоих слов, хотя это различие было уже чисто графическим. В настоящее время, когда буква «Ѣ» уже выведена из употребления, ложное сходство слов ДЕБЕЛЫЙ и БЕЛЫЙ ощущается и на письме, и это сбивает с толку. Отмеченное диалектологами произношение ДЕБЁЛЫЙ следует считать здоровым явлением русского языка; такое произношение могло бы полностью разрешить проблему ложного сходства двух слов, но оно почему-то не прижилось, да и само слово, как уже говорилось, практически исчезло.

С установлением этимологии слова ДЕБЕЛЫЙ также возникают значительные трудности. Невозможно составить такую среднеиндоевропейскую конструкцию биконсонантных корней, от которой бы закономерно образовался корень ДЕБЕЛ-. Могло быть лишь нечто похожее, но точного соответствия не обнаруживается.

Выдвигаю, тем не менее, такое предположение о среднеиндоевропейской предыстории этого слова (первый вариант):

DhXw + BL = отважный + огромный.

Допустимые варианты среднеиндоевропейского звучания: dho-bel, dho-ble.

Позже могло быть так: dhobel > dobol-  или  dobel-, что тоже вполне допустимо.

Но могла ли получиться в дальнейшем регрессивная ассимиляция – dobel- > debel-? Такое могло произойти, но вопреки фонетическим законам (закона о непременной регрессивной ассимиляции не существует) и лишь под влиянием какого-то другого слова, похожего по смыслу и по звучанию. Что это за слово – непонятно, поэтому всё сказанное выше выглядит как предположение.

Первоначальное значение, в рамках этого же предположения, таково: мощный (мужчина, воин), огромный, внушающий уважение одним только своим видом.

Считаю неправильным искать родство или какие-то соответствия к слову ДЕБЕЛЫЙ в словах, ДОБА, СДОБНЫЙ, ДОБРЫЙ, ДОБЛЕСТЬ и т.п. Внешнее сходство часто уводит в сторону при этимологическом исследовании. Всегда важнее сходство внутреннее. В этой связи, латышское диалектное и ныне почти забытое слово DĀ́BLS со значениями пышный, разросшийся, обращает на себя внимание тем, что в нём просматривается биконсонантный корень XwBh, среди более поздних значений которого как раз и находим пышный и разросшийся!

Одновременно и для этого латышского слова, и для русского слова ДЕБЕЛЫЙ составляю такую среднеиндоевропейскую конструкцию биконсонантных корней (второй вариант):

TXj + XwBh + BL = разрастанием + обильным + становится (поразительно) большим.

Варианты среднеиндоевропейского звучания: te-obh-bel или te-obh-ble.

Дальнейшая фонетическая судьба: t > d. Регрессивная дисконтактная ассимиляция по звонкости – это явление не строго закономерное, но оно понятно. Опять же: допустима аналогия с каким-то другим словом, похожим по звучанию.

Первоначальное значение в этом случае никак связано напрямую с характеристиками человека, но вполне пригодно для сравнения качеств человека с бурно растущим растением.

Данная конструкция похожа на правду, но с уверенностью настаивать на ней, конечно же, невозможно.

Пожалуй, наиболее сильное впечатление производит литовское слово DIDELIS – большой. Если допустить, что ДЕБЕЛЫЙ и DIDELIS – это слова одного происхождения, то тогда вопрос ставится так: либо славяне взяли это слово у литовцев, либо литовцы – у славян. Если первое, то имела место прогрессивная дисконтактная диссимиляция, если второе, то – прогрессивная дисконтактная ассимиляция. Настораживает, однако, то, что и диссимиляция, и ассимиляция почти всегда бывают регрессивными, а прогрессивными – исключительно редко. Но никаких строгих правил или закономерностей по этому поводу не существует: строго говоря, возможно и то, и другое.

При отработке версии об исконно литовском происхождении слова DIDELIS не возникает совершенно никаких предположений о подходящей по смыслу среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней, поэтому данную версию следует отклонить. Остаётся лишь предположение об исконно славянском происхождении этого литовского слова. Если это и в самом деле так, то тогда следует принять показанную выше конструкцию: TXj + XwBh + BL. Древние предки литовцев могли взять себе не саму эту конструкцию в её первозданном виде, а ту более позднюю переработку, которая возникла у славян. И затем эту переработку ещё раз обработать внутри литовского языка, используя прогрессивную дисконтактную ассимиляцию.

 

18.  ДЕБРИ

В старославянском языке: ДЬБРЬ и ДЪБРЬ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DJ + BhR = дикость + обременительная.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-bher.

Современное значение: ДЕБРИ – непроходимый лес; возможно понимание в переносном смысле: нечто непроходимое, трудное для восприятия (математические дебри).

 

19.  ДЕВА (ДЕВУШКА, ДЕВИЦА…)

Современное значение русского существительного ДÉВА – девственница. Однокоренные слова: ДЕВУШКА, ДЕВИЦА, ДЕВЧОНКА.

В старославянском и древнерусском языках: ДѢВА – при различном произношении корневого гласного. Дореволюционное русское написание: ДѢВА.

В белорусском языке: ДЗÉВА; в малороссийском: ДÍВА; в болгарском: ДÉВА; в сербском: ДJЕВА; в словенском: DEVA; в чешском: DĚVICE; в польском: DZIEWA; в верхнелужицком: DŹOWKA – дочь; в верхнелужицком: ŹOWKA – дочь.

Достаточно простое объяснение (первый вариант):

DhW = девочка, девушка, дочь.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhew.

Первоначальное значение: девочка, дочь.

Более позднее значение: ДЕВА.

Один из 203 раннеиндоевропейских биконсонантных (двусогласных) корней Основного списка. Порядковый номер: 23.

На самом деле, однако, всё было сложнее, и в расширенном виде этимологию этого слова можно представить – в осторожных и деликатных выражениях – следующим образом (второй вариант):

DhW + WX = девственница + способная к зачатию и рождению.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhew-wā.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhewwā > dhēwā > ДѢВА.

Первоначальное значение: девственница, способная к зачатию и рождению и именно этим и ценная.

 

20.  ДЕВЕРЬ (родство, семья)

В современном русском языке: ДÉВЕРЬ – брат мужа; множественное число: ДЕВЕРЬЯ́.

В древнерусском языке: ДѢВЕРЬ – в три слога; в малороссийском: ДÍВЕР; в белорусском: ДЗЕВЕР; в болгарском: ДÉВЕР; в сербском: ДJЕВЕР; в словенском: DEVER; в чешском: DEVEŘ; в древнепольском: DZIEWIERZ.

В литовском: DIEVERÌS; в латышском: DIEVERS. Оба слова суть заимствования от славян.

В латинском: LĒVIR, где l < d.

Русское слово ДЕВЕРЬ имеет и другие соответствия в индоевропейском мире. Полагаю, что оно возникло лишь в одном-единственном индоевропейском диалекте (в каком именно – мы никогда не узнаем) и лишь затем стало расходиться по другим диалектам. Считать ли его заимствованием – вопрос праздный и бессмысленный. Возникновение конструкции, из которой позже образовалось это слово, я отношу к концу того периода, когда все индоевропейские племена проживали только на Рейне и его притоках. Вскоре после этого индоевропейцы перешли к верховьям Дуная и стали медленно спускаться вниз по течению этой реки. В смысле хронологии, возникновение слова следует отнести к той части Среднеиндоевропейской эпохи, когда стали возникать первые конструкции, состоящие из трёх биконсонантных корней, а не из двух, как это было прежде. Показанная ниже конструкция была одним из самых первых опытов такого необычного сложения:

DX + JW + XjR = (несмотря на) разделение + по праву + имеет отношение.

Среднеиндоевропейское произношение: da-iw-er.

Дальнейшая фонетическая судьба: daiwer > ДѢВЕР- – закономерно.

Первоначальное значение перекликается с пережитками группового брака. В самом деле, разделение (DX) в отношении к женщине понималось так: один мужчина доводится ей мужем, а другой таковым не является, но этот второй может предъявлять к женщине какие-то права (JW) и поэтому всё-таки имеет к ней отношение (XjR). Именно так понималось в доисторические времена понятие брат мужа. Представляется, что имелся в виду старший брат мужа, а не младший. Возможно, что мог подразумеваться и младший брат мужа, но лишь при условии, что он был старше жены своего брата.

Современное русское слово ДЕВЕРЬ уже не содержит в себе всей этой былой многозначительности, это просто брат мужа и ничего больше. По причине всеобщего исчезновения родственных отношений, слово на данный момент воспринимается как устарелое; смысл его понятен далеко не каждому носителю русского языка.

 

21.  ДЕВЯТЬ (числительное)

По-старославянски: ДЕВѦТЬ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

XwXj + NW + XN = без + добавленного + полноценное.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  oe-new-an.

Праславянская фонетическая и смысловая предыстория корня: сложное рассуждение, содержащееся в новом корне, со временем стало непонятным для индоевропейцев, и из него было выделена лишь идея новизны, хорошо заметная в одном из трёх биконсонантных корней, а именно в корне NW [new, now]. И по сей день в различных индоевропейских языках числительное девять очень часто напоминает по своему звучанию прилагательное НОВЫЙ или даже не отличается от него вовсе (как во французском языке). Предки славян и летто-литовцев заменили в корне new- начальное n- на d- по аналогии с числительным ДЕСЯТЬ, которое при счёте следует за ДЕВЯТЬЮ. Скорее всего, инициатива исходила от прибалтов, ибо летто-литовские языки содержат и другие подобные примеры, нетипичные для славянских языков. В дальнейшем славяне пошли ещё дальше и сблизили оба числительных так, что они различаются нынче лишь одним-единственным звуком.

Первоначальное значение: полноценная десятка невозможна до тех пор, пока к ней не добавят нужную единицу. Иными словами: девять – это десять без одного. Имелись в виду исключительно пальцы на двух руках; сравнивались 10 пальцев на двух руках и то, что получится, если один палец прижать.

Современное значение: ДЕВЯТЬ – числительное первого десятка.

 

22.  ДЕГНА

Устарелое слово со значениями: рубец от раны, струп.

На древнерусском и старославянском языках слово выглядело так: ДЕГНА, ДЬГНА, ДЪГНА, ДОГНА.

Полагаю, что за основу сдедует взять форму ДЬГНА, ибо именно к этому слову хорошо подходит такая среднеиндоевропейская конструкция:

DhJ + GhN = грязное + грызёт болью.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhi-ghne.

 

23.  ДЕД (родство, семья)

Современное русское значение: ДЕД – отец отца или матери. Это же значение видим и во всех славянских языках, кроме нижнелужицкого.

В древнерусском языке и в старославянском: ДѢДЪ – в два слога, при различном произношении корневого гласного; в малороссийском: ДIД; в белорусском: ДЗЕД; в сербском: ДJЕД; в словенском: DED; в болгарском: ДЯ́ДО; в чешском: DĚD; в словацком: DED; в польском: DZIAD; в верхнелужицком: DŹĚD; в нижнелужицком: ŹĚD – старик.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhXj + JDh = установленным образом + в убежище.

Звучание в Среднеиндоевропейскую эпоху: dhe-idh.

Дальнейшая фонетическая судьба: dheidh > dojd- > ДѢД-.

Первоначальное значение: тот, кому полагается отдыхать.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

TX + JDh = отец (всеми уважаемый прародитель) + в убежище (отдыхающий по причине старости).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  ta-idh.

Дальнейшая фонетическая судьба: t > d – регрессивная дисконтактная ассимиляция по признаку звонкости. Это не обычное явление, но допустимое. Возможно, это была детская переделка по аналогии со словом ДЯДЯ или с другим похожим словом, не дошедшим до нас.

Отдаю предпочтение второму варианту.

 

24.  ДЕЛИТЬ

Современное значение русского слова ДЕЛИ́ТЬ, по мнению Ефремовой: разъединять на части, совершать раздел.

По-древнерусски: ДѢЛИТИ, и именно по этой причине следует отбросить всякую мысль о родстве слов ДЕЛИТЬ (ДѢЛИТЬ) и ДОЛЯ (смотрим статью): чередование О/Е в славянских языках – самое обычное дело, но чередования О/Ѣ не бывает.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DXw + JL = давать + тщательно (взвешивая или отмеряя каждую отдельную долю).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-il.

Дальнейшая фонетическая судьба: oi > oj > ѣ.

Первоначальное значение: тщательным образом совершать делёж.

 

25.  ДЕЛО, ДЕЛАТЬ

На древнерусском языке: ДѢЛО, ДѢЛАТИ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhX + JL = изготовление + заботливое.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dha-il.

Дальнейшая фонетическая судьба: ai > aj > ѣ.

Современное значение: ДЕЛО – некая деятельность или её продукт.

 

26.  ДЕНЬ

В своей книге «Индоевропейская предыстория» («Язык древних ариев») я даю такое описание раннеиндоевропейскому биконсонантному корню DJ, разделяя его на два моноконсонантных корня:

D + J = к удалённой цели + благополучно прийти.

В пересказе на современный язык это означало такую мысль: дневной переход; то расстояние, которое можно преодолеть за один световой день.

В Среднеиндоевропейскую эпоху биконсонантный корень DJ стал произноситься в большинстве индоевропейских ветвей как [di] – с долготою гласного или без долготы, хотя допустимо было и произношение [dej]. К этому времени все индоевропейцы были едины в одном: DJ – это светлое время суток.

Биконсонантный корень отражён во всех без исключения ветвях Индоевропейского мира, и он содержится в современном русском слове ДЕНЬ, но говорить о том, что в какой-то другой индоевропейской ветви содержится слово родственное этому, можно только и только в том смысле, что там есть этот самый биконсонантный корень и не более! Все среднеиндоевропейские конструкции составлялись из двух или трёх биконсонантных корней, и к биконсонантному корню DJ в каждой отдельно взятой ветви добавляли каждый раз что-то своё собственное. Именно поэтому русское и славянское слово ДЕНЬ не имеет ни единого аналога во всём Индоевропейском мире. Например, в литовском языке: DIENÀ, в латышском: DÍENA, в жемайтском: DĖINA – все эти слова имеют не ту же самую этимологию, что русское и славянское слово ДЕНЬ и поэтому не могут считаться родственными в смысле их среднеиндоевропейской предыстории.

Привожу список родственных славянских слов.

В белорусском языке: ДЗЕНЬ; в малороссийском: ДЕНЬ; в болгарском и в македонском: ДЕН; в сербском: ДАН; в словенском: DAN; в чешском: DEN; в словацком: DEŇ; в польском: DZIEŃ; в верхнелужицком: DŹIEŃ; в нижнелужицком: ŹIEŃ.

В языках древнерусском и старославянском: ДЬНЬ – в два слога, первый из которых был ударным. И именно это слово и следует признать образцово славянским, и именно оно и должно быть подвергнуто этимологическому исследованию.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DJ + NJ = за световой день + проводит (нас – наш вождь).

Звучание: di-ni.

Дальнейшая фонетическая судьба: dini > ДЬНЬ > ДЕНЬ – закономерно.

Пояснение к биконсонантному корню NJ, который на Среднеиндоевропейском этапе произносился как [ni]: вождь; идти под предводительством вождя; возглавлять; вести, проводить.

Первоначальное значение: светлое время суток, за которое наш вождь проводит нас (в боевом или в охотничьем походе, при переселении).

Современное русское значение слова ДЕНЬ: время от восхода до заката солнца.

 

27.  ДЕРЕВНЯ

Современное значение русского слова ДЕРÉВНЯ можно описать так: небольшое крестьянское поселение. Если слово СЕЛО означает такое крестьянское поселение, где есть церковь, школа, органы власти, магазины, то ДЕРЕВНЯ – это такое маленькое поселение, где обычно ничего этого нет. Как правило, ДЕРЕВНЯ не существует обособленно, а примыкает вместе с другими ДЕРЕВНЯМИ к СЕЛУ, которое выполняет роль маленького административного центра в этой местности.

Древнерусские формы этого слова выглядели так: ДЬРВЬНЯ, ДЬРВЬНА. Первоначально это слово означало пашню, затем – крестьянский двор или хутор с участком земли; ещё позже выработалось такое значение: селение.

Никаких соответствий в славянских языках русское слово ДЕРЕВНЯ не имеет. Это факт только и только русского языка.

Внешнее сходство со словом ДЕРЕВО – дескать, ДЕРЕВНЯ, это такое место, где растут ДЕРЕВЬЯ, – это то, что вводит в заблуждение. Это случайное сходство. То же самое следует сказать и о прилагательном ДРЕВНИЙ – чисто внешнее сходство. Смотрим статьи словаря: ДЕРЕВО, ДРЕВНИЙ.

Обращает на себя внимание литовское слово DIRVÀ – пашня, почва; в латышском языке видим отдалённо похожее слово: DRUVA – пашня, нива. Эти два слова, однако, не могут быть родственными, ибо им не могла предшествовать одна и та же конструкция биконсонантных корней, существовавшая на Среднеиндоевропейском этапе.

Считаю нужным подвергнуть этимологическому исследованию именно литовское слово DIRVÀ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

XwD + JR + WX = о плодородии (земли) + совещаясь + отделили.

Звучание: od-ir-wa.

Дальнейшая фонетическая судьба: odirwa > DIRVÀ – всё в рамках существующих фонетических законов.

Первоначальное значение: надел земли, определённый на общем собрании крестьян. Для сравнения смотрим слово НИВА – надел земли, определённый волею вождя.

Совсем не уверен в том, что русское слово ДЕРЕВНЯ произошло от литовского слова. Скорее всего, было наоборот: литовцы взяли славянское слово и хорошо его сохранили в своём языке, в отличие от славян, которые растеряли его. Для литовского языка это очень типично – сохранять то, что все остальные индоевропейцы теряют полностью или частично. Видимо, латыши тоже взяли это же слово – напрямую от славян или через посредство литовцев, но при этом они его как-то обработали – по аналогии с каким-то другим, уже существующим словом. Ещё раз подчёркиваю: при всём родстве литовского и латышского языков – мы, как уже было сказано выше, не можем считать родственными литовское слово DIRVÀ и латышское DRUVA, для которого нужно какое-то особое объяснение (я его дать не решаюсь).

В древнерусском языке сначала было существительное ДЬРВА – пашня (dirwa > ДЬРВА – закономерно).

Затем – в рамках древнерусской грамматики – от этого существительного было образовано прилагательное, которое я представляю себе таким: ДЬРВЬНЪ – в мужском роде, ДЬРВЬНА – в женском роде. Значение его было примерно таким: пахотный. Видимо, прилагательное употреблялось с какими-то существительным: пахотная земля, пахотный участок, пахотный надел и т.п.

Позже от прилагательного в форме женского рода ДЬРВЬНА было образовано существительное ДЬРВЬНЯ по аналогии с существительными ПЕКАРНЯ (там, где пекут), СПАЛЬНЯ (там, где спят) и т.п. Таким образом, древнерусскую форму ДЬРВЬНЯ или более позднюю форму ДЕРЕВНЯ следует понимать так: там, где пашут землю.

 

28.  ДЕРЕВО

Современное значение русского существительного ДÉРЕВО: известный вид растительности. Множественное число: ДЕРÉВЬЯ; устарелая и книжная форма множественного числа: ДЕРЕВА́.

В старославянском: ДРѢВО (родительный падеж единственного числа: ДРѢВЕСЕ и ДРѢВА).

В белорусском: ДРЭ́ВА; в малороссийском: ДÉРЕВО; в болгарском: ДЪРВО; в македонском: ДРВО; в сербском: ДРВО, ДРИJЕВО; в словенском: DREVO и DRVO; в чешском: DRVO; в польском: DRZEWO; в верхнелужицком: DRJEWO; в нижнелужицком: DRJOWO.

В литовском: DERVÀ – сосна.

В галльском: DERVO – дуб.

Есть много других индоевропейских примеров, но не все они представляются одинаково убедительными. Обращаю внимание всё же на следующие слова:

В курдском: DAR; в таджикском: ДАРАХТ.

В латинском: LARIX (l < d) – лиственница.

В греческом: ΔΟΡΥ.

По материалам Андреева, придававшего особое значение греческому слову, создаю такую среднеиндоевропейскую конструкцию (первый вариант):

DXw + RW = жертвоприношение + с кровью.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-rew.

Первоначальное значение: дрова для жертвенного костра.

Считаю, что эта конструкция частично объясняет русское существительное ДРОВА (смотрим статью), но совершенно непонятно, всё же, какое отношение это имеет к русскому слову ДЕРЕВО и другим его славянским соответствиям. Должно быть какое-то другое объяснение с учётом того, что показанная выше конструкция, возможно, сблизилась с этим объяснением.

Считаю, что подсказку нужно искать не в греческом словае, а в латинском.

Вкратце этимология латинского слова LARIX – такова:

DXw + XjR + JK = для жертвоприношения + отсекаем + с молением.

Вероятное среднеиндоевропейское звучание для протолатинского диалекта: do-ar-ik. Отмечаем здесь кентумный признак: кетумное [ar], вместо сатэмного [er].

Дальнейшая фонетическая судьба: d > l – фонетический процесс, свойственный древнелатинскому языку.

Первоначальное значение: некое дерево, ветки которого добавляли в жертвенный костёр. За подробностями отсылаю к своему «Этимологическому словарю латинского языка», статья LARIX.

Отталкиваясь от этимологии латинского слова и имея в виду упомянутое выше греческое слово, можно понять и этимологию русского слова, создав такую конструкцию биконсонантных корней (второй вариант):

DXw + XjR + RW = для жертвоприношения + отсекаем + с кровью.

Среднеиндоевропейское звучание: do-er-rew.

Первоначальное значение получается практически то же самое, что в протолатинской конструкции: дерево как материал для жертвенного костра.

То, что одна и та же мысль могла выражаться разными конструкциями биконсонантных корней – это самое обычное дело для Среднеиндоевропейской эпохи. Из одного диалекта в другой могла перекочевать не застывшая конструкция, а лишь её часть или даже это мог быть вольный пересказ услышанной конструкции, который делался с помощью других биконсонантных корней.

Конструкция DXw + XjR + RW очень хорошо объясняет происхождение русского слова ДЕРЕВО. При этом в русском языке и в других славянских ощущается некое влияние слова ДРОВА (смотрим статью). Есть случаи, когда это влияние можно назвать сближением, а есть и такие случаи. когда это уже явная контаминация.

 

29.  ДЕРЕЗА

Современное значение: в России этим словом называют до десяти различных растений, некоторые из которых ядовиты. В малороссийском языке: ДЕРЕЗА – сварливый человек. По народному поверью, ДЕРЕЗА считается растением, призванным сеять раздоры между людьми – возможно, это следствие народной этимологии, усматривающей родство со словами ДЕРЗИТЬ, ДЕРЗКИЙ и ДЁРГАТЬ. В русских народных сказках: КОЗА-ДЕРЕЗА.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DJ + RGh + JX = высматриваем + для ритуала + священного.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-rgh-ja.

Первоначальное значение: растение, которое ищут в природе для совершения ритуалов.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhJ + RGj + JXw = гадость + внедряем + в питьё (похлёбку, настойку).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  dhi-rg’-jō.

Первоначальное значение: яд, умышленно вводимый в пищу. Скорее всего, имелась в виду приманка для животных.

Отдать предпочтение одному из вариантов – не решаюсь.

 

30.  ДЕРЖАТЬ, ДЕРЖАВА

Древнерусская форма: ДЬРЖАТИ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhXj + RGw + XXj = устанавливать + безопасно + энергично.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhe-rgw-ae.

Далее: dhergwae > dhergwē. Затем: gwē > … > ža – закономерно.

Современные значения: ДЕРЖАТЬ – не выпускать взятое; ВЫДЕРЖИВАТЬ – стойко переносить трудности.

Слово ДЕРЖАВА образовалось значительно позже – на стыке Среднеиндоевропейской эпохи и Позднеиндоевропейской. Смотрим статью -АВА.

Первоначальное значение слова ДЕРЖАВА – то священное, что удерживается с помощью силы.

 

31.  ДЕРЗАТЬ

Современное значение: осмеливаться на что-либо, проявляя при этом решительность и бесстрашие. Интересно значение слова ДЕРЗАТИСЯ в малороссийском языке: собраться с силами, ободриться.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhR + RGh + JX = в дорогу (собираясь) + молиться + священно.

Звучание: dher-rgh-ja.

Дальнейшая фонетическая судьба: dherrghja > ДЕРЗА- – закономерно.

В современном русском языке ощущается сближение корней в словах ДЕРЗАТЬ и ДЕРЗИТЬ (смотрим статью).

 

32.  ДЕРЗИТЬ

DhW + RG + JW = легкомысленно + уважаемому человеку + при общении (официальном, торжественном, ритуальном!).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhu-rg-jū.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhurgjū > ДЪРЗИ- – строго закономерно!

Первоначальное значение: ситуация, когда молодой ведёт себя неподобающим образом со старым в торжественной обстановке.

В современном русском языке ощущается сближение корней в словах ДЕРЗИТЬ и ДЕРЗАТЬ (смотрим статью).

 

33.  ДЕРЬМО

DhJ + RM = по поводу нечистот + назидание (держаться подальше, быть осторожным).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhi-rm.

Первоначальное значение: нечистоты, ДЕРЬМО – то, чего следует остерегаться.

 

34.  ДЕСНА (часть тела)

На древнерусском языке: ДЯСНА, где дя- < den-.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DN + KjN = зубы + на челюстях.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: den-k’en.

Далее: k’en > sn (для сравнения смотрим статью РЕСНИЦА).

Сходство с названием рек ДЕСНА, со словом ДЕСНИЦА – случайно. Смотрим статью ДЕСНИЦА, ДЕСНА…

Первоначальное значение: челюсти с зубами. Далее произошло переосмысление вплоть до современного значения: ДЕСНА – то, из чего растут зубы.

 

35.  ДЕСНИЦА

На старославянском языке: ДЕСНЪ – правый.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhXj + KjN = постановление + возвестить.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhe-k’en.

Переход k’ > s – закономерен для славянских языков. Отсюда имеем общеславянский корень desn-.

Первоначальное значение: указать, указание.

Более позднее чисто славянское значение: та рука, которая предназначена для указаний (правая), ДЕСНИЦА.

Чисто русское значение: то, что справа. Отсюда названия восточнославянских рек: ДЕСНА и ЦНА (из более раннего Дьсна) – смотрим статью в разделе гидронимов ДЕСНА.

 

36.  ДЕСЯТЬ (числительное)

По-старославянски: ДЕСѦТЬ. По-древнелитовски: DEŠIMTIS.

Первый вариант (в качестве осторожного предположения):

DKj + MT = двумя руками + веду счёт (отмеряю).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dek’-met.

Дальнейшая судьба этого счётного слова развивалась приблизительно по такому сценарию: dek’met > dek’emt. Затем: desẽt-.

Первоначальное значение: число, равное всем пальцам на двух руках; ДЕСЯТЬ.

Второй вариант:

DKj + XjM + TJ = две руки + для меня + памятные.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  dek’-em-ti.

Первоначальное значение: если я смотрю на все пальцы обеих рук, то мне не нужно пересчитывать их – я просто помню, что их десять.

Считаю первый вариант маловероятным и отдаю предпочтение второму варианту.

 

37.  ДЕТВОРА

Скорее всего (почти наверняка!), слово имеет италийское происхождение. Все италийские слова и другие элементы приравниваются к исконно славянским.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhT + WR = нуждающихся в заботе + закрываем (во дворе, чтобы не разбежались).

Примерное среднеиндоевропейское звучание конструкции: dhet-wer, dhet-ur.

Раннеиталийское звучание корня: dhetūr-. Сравним: латинское FETŪRA – наследники, где f < θ < th < dh < dh.

Первоначальное значение: наши маленькие дети, которых мы любим и бережём и которых содержим в огороженном пространстве, чтобы они не разбежались.

Современный смысл отличается от первоначального: ДЕТВОРА – это собирательное слово (скорее ласкательное или разговорное), обозначающее множество детей.

 

38.  ДЕТИ, ДИТЯ

На древнерусском языке: ДѢТИ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhT + TJ = о нуждающихся в заботе + помним (всё время).

Примечание. Категорий единственного и множественного числа тогда ещё не было, поэтому конструкцию можно сейчас понимать по-разному: один нуждающийся в заботе, о котором следует помнить; много нуждающихся в заботе, о которых помним.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhet-ti.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhetti > dhēti.

Современные значения: ДИТЯ – ребёнок, ДЕТИ – форма множественного числа, образованная необычным способом (при чередовании гласных внутри корня).

 

39.  ДЕТЬ (инфинитив), ДЕНУ, ДЕЛ, ПОДЕВАЛ

DhT = то, что нужно заботливо поместить в нужное место, чтобы сберечь это.

Биконсонантный корень из Дополнительного списка.

Раннеиндоевропейское произношение: dhet.

Не думаю, что имелось что-то ещё вдобавок к этому биконсонантному корню. Если что-то и существовало, то оно не сохранилось, и доказать его былое наличие невозможно.

Позже – на праславянском или раннеславянском этапе – произошло переосмысление этого корня, и он стал отождествляться с тем корнем, который мы сейчас наблюдаем в словах ДЕЯНИЕ, ДЕЙСТВИЕ (смотрим статью).

В современном русском языке отчётливо просматривается лишь корень ДЕ-. Примеры корня: куда-то ДЕть, куда-то ДЕл. Смычный глухой [t] исчез бесследно и теперь уже ничем не подтверждается, поэтому всё приведённое выше выглядит лишь как предположение.

 

40.  ДЕШЁВЫЙ

На древнерусском языке: ДЕШЕВЪ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DS + JW = хлебный запас (зерно) + при обмене или торговле.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: des-jew.

Первоначальное значение: идея доступности зернового товара при справедливом обмене или справедливой покупке.

Современное значение: ДЕШЁВЫЙ – не дорогой.

 

41.  ДЕЯНИЕ, ДЕЙСТВИЕ

Ни в коем случае не то же самое, что ДЕТЬ (смотрим статью), хотя оба корня и были переосмыслены славянами в один-единственный.

Упрощённый вариант:

DhXj + JX = кладём + чтя.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhe-ja.

Расширенный вариант:

DhXj + XjX + JX = кладём + на огонь (жертвенного костра) + чтя.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhe-ea-ja.

Первоначальное значение по обоим вариантам: жертвоприношение.

Современное значение: ДЕЯНИЕ – некое торжественное или очень важное действие.

 

42.  ДЁГОТЬ

В белорусском языке: ДЗЁГАЦЬ; в малороссийском: ДЬОГОТЬ; в чешском: DEHET; в словацком: DECHT (диалектные варианты: D’ECHT, DEHET, DZEHEC, DECH); в польском: DŹIEGIEĆ. У южных славян этого слова нет.

Считается, что слово пришло к нам в древности из литовского языка. Полагаю всё же, что это тот случай, когда невозможно понять, откуда переместилось слово – оттуда сюда или наоборот.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DXj + GW + TJ = плетёное + забродившим + чтобы запомнило (форму, когда застынет).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: de-gu-ti.

Характерно, что в современном литовском языке слово DEGUTIS является устарелым, а литературным – DEGUTAS. Этот второй вариант литовского слова заставляет предположить такую среднеиндоевропейскую конструкцию (второй вариант):

DXj + GW + TX = плетёное + забродившим + которое растекается.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: de-gu-ta.

В любом случае русское слово ДЁГОТЬ могло произойти только от первой конструкции, а не от второй.

Первоначальное значение: некая бурлящая жидкость, которую намазывают на плетёное изделие, чтобы, когда эта жидкость застыла, изделие было прочным (и, возможно, по первой конструкции) запомнило свою форму. Возможно, имелся в виду предмет обуви или одежды. Ни из чего не следует, что это был именно ДЁГОТЬ в современном смысле слова. Это могла быть какая-то смазка – жир, смола, что-то другое.

 

43.  ДЁРГАТЬ

DR + GhX = дёргать + неподвижное.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: der-gha.

Первоначальное значение: ДЁРГАТЬ, ВЫДЁРГИВАТЬ, выкорчёвывать.

 

44.  ДЁРН

Древнерусская форма: ДЬРНЪ.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DJ + RW + NXw = высматриваем + щетину + для наших нужд.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-ru-no.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DJ + RDh + NXw = высматриваем + для технически грамотного обустройства жилья + нам на пользу.

Звучание: di-rdh-no.

Далее: dirdhno > dirdno > dirn…

Первоначальное значение по обоим вариантам: то, что используется для хозяйственных нужд – для покрытия крыши, для маскировки.

Современное значение: ДЁРН – густо заросший травою верхний слой почвы; пласты, вырезанные из такого слоя.

 

45.  ДИВ (славянское божество); ДИВО, ДИВНЫЙ

Здесь, видимо, имело место соединение двух близких по смыслу среднеиндоевропейских конструкций, которые, слившись, дали данные корни. Причём роль первой из двух конструкций представляется намного более значительною, чем роль второй.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DJ + WXw = днём + разящий.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-wo.

Первоначальное значение: громовержец; божество, способное поразить молнией среди бела дня (то есть свершить чудо, ДИВО); ДИВ (славянский языческий бог).

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DJ + XjW = день + обитает.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  di-ew.

Первоначальное значение: обиталище неба; то место, где живёт небо.

Данная конструкция не оставила прямых следов своего существования в славянских языках, но отражается в других ветвях индоевропейского мира.

Можно предположить, что вторая конструкция и вовсе не участвовала в становлении славянского корня ДИВ-, но, скорее всего, она всё-таки повлияла на формирование значения и звучания славянского и русского корня ДИВ-.

Современные русские слова: ДИВО, УДИВЛЕНИЕ – нечто, достойное удивления. Имя языческого божества ДИВ воспринимается как архаизм.

 

46.  ДИКИЙ

Современное значение русского слова ДИ́КИЙ: находящийся в первозданном состоянии (по Ефремовой); чуждающийся людей, застенчивый (по Ожегову).

На древнерусском языке: ДИКЪ.

В белорусском языке: ДЗÍКI; в малороссийском: ДИ́КИЙ; в польском: DZIKI; в верхнелужицком: DŹIKI.

В литовском: DYKAS – вольный, незанятый, праздный.

Конструкция биконсонантных корней для Среднеиндоевропейской эпохи (первый вариант):

DJ + TKw = пугливо озираясь + убегает.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-tkw.

Дальнейшая фонетическая судьба: ditkw > … > dīk.

Первоначальное значение: описывается поведение дикого животного, боящегося людей. Скорее всего, имелись в виду олень, косуля или какое-то другое нехищное животное.

В качестве осторожного предположения, допускаю былое существование ещё и такой среднеиндоевропейской конструкции (второй вариант):

DJ + XwK = озирающийся + тревожно.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-ok.

Дальнейшая фонетическая судьба: diok > dīk, что не очень-то убедительно.

Если такая конструкция и была на самом деле (независимо от оттенков её звучания), она могла наложиться на первую конструкцию в процессе древней контаминации.

 

47.  ДИЧЬ

Литературное и классическое значение русского слова ДИЧЬ: дикие птицы или животные, добытые на охоте и употребляемые в пищу.

Принято считать, что слова ДИКИЙ и ДИЧЬ суть однокоренные. Полагаю, что это не так, а если и так, то не совсем. Фонетическое сходство двух разных слов, привело к их сближению, в ходе сближения и переосмысления им было приписано смысловое сходство, но до контаминации дело не дошло.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DJ + KwXj = высматриваю + подстерегая в засаде (на охоте).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-kwe.

Дальнейшая фонетическая судьба: dikwe > diče… И затем – подгонка под женский род и третье склонение.

 

48.  ДЛИНА

Современное значение русского слова ДЛИНА́: расстояние между двумя точками, измеренное горизонтально (в отличие от ширины и высоты). Однокоренные слова: ДЛИННЫЙ, ДЛИННО, УДЛИНЯТЬ, ДЛИННОТЫ и т.д.

Слово ДЛИНА (вместе со всеми однокоренными словами) не подтверждаются ни единым славянским языком, включая древнерусский, в котором отмечаем слово ДЬЛЯ, образованное от слова ДЬЛИТИ, ДЛИТЬ (смотрим статью).

Обращаю внимание на существование в русском языке такого смыслового ряда слов:

ДЛИНА́, ШИРИНА́, УЖИНА́, ГЛУБИНА́, ВЕЛИЧИНА́.

Все эти слова роднит между собою не только общий суффикс, но и идея указания на размеры, на измерение. Какое-то из этих слов было самым первым, а затем, по аналогии с ним, стали возникать остальные.

Полагаю, что существительное ДЛИНА образовалось следующим образом: во времена Петра Первого в русский язык стало проникать латинское слово LINEA – льняная верёвка, а также след, оставляемый от такой верёвки при измерениях; кроме того: линия, черта, граница. В современном русском языке это латинское слово стало звучать так: ЛИНИЯ. Заимствованные слова, по правилам данного словаря, не рассматриваются. Но современное русское слово ДЛИНА, не имеющее аналогов у славян, не является заимствованием! Это контаминация – наложение друг на друга исконно русских слов ДЬЛЯ, ДЛИТЬ и других на латинское слово LINEA. Слова ШИРИНА́, УЖИНА́, ГЛУБИНА́, ВЕЛИЧИНА́ способствовали этому словообразованию, и новое слово вписалось в ряд уже существующих.

Примечание по поводу латинского слова LINEA. Оно образовалось от латинского слова LINUM – лён. Смотрим статью ЛЁН, в которой говорится о том, что сходство латинского слова и русского – кажущееся, оба слова имеют разное происхождение.

 

49.  ДЛИТЬ(СЯ), ДЛИТЕЛЬНЫЙ

Русский глагол ДЛИТЬ можно объяснить примерно так: растягивать во времени некое действие, создавать некую протяжённость во времени; ДЛИТЬСЯ – это означает тянуться во времени. В древнерусском языке: ДЬЛЯ – длина (то, что вытянуто в пространстве), длительность (то, что растянуто во времени). В старославянском: ПРОДЬЛИТИ – продлить, протянуть во времени. Смотрим статью ДЛИНА, где говорится о том, что слово ДЛИНА имеет относительно недавнее происхождение, незнакомо всем остальным славянам и встречается только в современном русском языке.

Сочетания [дл] или [д’л’] для восточных славян были невозможны, и они появились только после падения редуцированных. Стало быть, возможным было либо ДЬЛИТИ, либо ДЪЛИТИ. Вопрос: что именно было – первое или второе? Создаётся впечатление, что только первое, но есть сомнения. В чешском языке существует глагол DLÍTI, и вопросы к образованию этого глагола – всё те же самые.

Уточню суть проблемы: если был глагол ДЬЛИТИ, то восстанавливается дославянская форма dilīti, а если был глагол ДЪЛИТИ, то – dulīti. Между тем, биконсонантный корень DL означает идею удлинённости или протяжённости, и он как будто сюда и подходит. Но каким образом он мог измениться в [dil] или в [dul]? Фонетические законы не подтверждают ни того, ни другого, ибо у славян должно быть del > dol.

Этимологическому рассмотрению подлежит древнерусский глагол ДЬЛИТИ, в котором выделяется корень ДЬЛИ-.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DL + LJ = долговременно + оставляю след (при проведении борозды по земле).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: del-lī.

Если допустить, что этот славянский корень имеет италийско-венетское происхождение, то можно представить себе такую его фонетическую историю:

dellī > dollī > dolī > dulī > ДЪЛИ-

и позже, по каким-то причинам (аналогия?): ДЬЛИ-.

Если же предыстория корня была праславянская, то тогда так:

dellī > delī > dilī > ДЬЛИ-.

Эпизоду delī > dilī можно дать, в этом случае, такое толкование: дисконтактная регрессивная ассимиляция: de > di, но это всё-таки нетипичное явление.

Первоначальное значение: совершая измерение, оставлять знаковый след на земле.

 

50.  ДНО

По-древнерусски: ДЪНО.

Рассмотрению подлежит корень ДЪН-. Языки литовский и латышский заставляют предположить либо корень dugn-, либо корень dubn-. Если бы у праславян был бы один из этих двух корней, то он бы и привёл к более позднему ДЪН-. Ни dugn-, ни dubn- не имеют никаких фонетических преимуществ друг перед другом и чисто внешне выглядят одинаково убедительно.

В литовском языке есть слово DÙGNAS – дно.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DW + GN = сомнения + (имеются ли) полезные ископаемые.

Звучание: du-gne.

Первоначальное значение: сомнения по поводу того, стóит ли здесь глубоко копать, чтобы достать аж до самого дна (где находятся полезные ископаемые) или нет?

Но в том же литовском языке есть слово DUBÙS – глубокий. А в латышском: DUBENS – дно, а также DIBENS. Предположению о корне dubn-, как кажется, противоречит литовское слово DUBÙS. Всё же это предположение следует рассмотреть.

Первый вариант по версии о корне dubn-:

DW + BXw + NXw = сомнение + есть ли выпуклость + для нас.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-bo-no.

Далее: dubono > dubno > dun- > ДЪН-.

Первоначальное значение: ДНО реки – с точки зрения людей, переходящих вброд.

Второй вариант по версии о корне dubn-:

DW + BN + XwX = сомнения + (есть ли) злой дух + в воде.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-bn-oa.

Первоначальное значение: сомнения переходящих вброд по поводу безопасности водоёма.

По версии о корне dubn- отдаю предпочтение второму варианту.

Но теперь остаётся понять, что же всё-таки является исконным для русского корня ДЪН- – dugn- или dubn-? У меня такое впечатление, что оба корня существовали у праславян (так же, как и у летто-литовцев) на самом деле и просто казались (и были!) в те времена совершенно разными по своим значениям. И лишь позже, когда праславяне стали переходить в славянское состояние, корни совпали по звучанию и, в ходе переосмысления, стали восприниматься как одно и то же. В самом деле: dugn- > dun- > ДЪН- – закономерно, и вместе с тем: dubn- > dun- > ДЪН- – столь же закономерно.

Что же касается литовского слова DUBÙS, то в нём не следует усматривать никакого противоречия. Мне представляется, что его этимология такова:

DW + BW = сомнения + терзающие (по поводу глубины, наводящей на нас страх при переходе реки вброд).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-bu.

Общим для всех вариантов является биконсонантный корень DW с его значением сомнение. Дно и глубина – это то самое, что вызывает сомнения. Идея сомнения объединяет и слово ДЪНО, и все показанные выше литовские и латышские слова.

 

51.  ДО (предлог)

XD + XwXj = погоня за животным + ради еды.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: ad-oe.

Далее: adoe > ado > do.

В дальнейшем значение этого слова упростилось и стало означать идею приближения к чему-либо.

Современное значение: ДО – предлог со значением приближения.

 

52.  ДОБА; НАДОБНЫЙ, ПОДОБНЫЙ, СДОБА, УДОБНЫЙ

Слово ДОБА является устарелым или диалектным в современном русском языке, но в других славянских языках оно сохранилось. В малороссийском языке его значение – время, сутки; в болгарском – время, пора; в сербском и словенском – эпоха, период. Особенно интересно значение этого слова в чешском, словацком и польском языках: момент, пора – то есть тот самый момент, с которого нужно начинать действия. Вот это последнее значение и следует признать исконно славянским. В современном русском языке корень ДОБ- очень хорошо отражён, но лишь во множестве однокоренных слов, о чём – ниже.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhXw + BhX = военные или другие решительные действия + торжественно объявленные (с этого момента и потому вступившие в силу).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dho-bha.

Первоначальное значение полностью просматривается в конструкции.

В современном русском языке имеются два совершенно разных корня, которые не следует путать: ДОБ- (рассматриваемый в этой статье) и ДОБР- (смотрим статью ДОБРЫЙ, ДОБРОТНЫЙ).

Корень ДОБ- употребляется в современном русском языке всегда с приставками, и это следующие случаи:

НАДОБНЫЙ – нужный (то, что было для нас безразличным, а потом стало для нас настолько важным, что мы хотим иметь это);

ПОДОБНЫЙ – похожий (то, что было для нас незаметным или безликим, но потом стало сравниваться с чем-то другим и при этом было отмечено сходство);

УДОБНЫЙ – хороший для использования (то, что с некоторых пор стало для нас хорошим для использования, а раньше таковым не являлось);

Кажущееся разнообразие всех этих значений на самом деле таит в себе одну общую мысль: то, что поначалу было одним, а потом стало другим. То есть речь идёт о перемене качества.

Под конец приведу в пример белорусское слово ДОБА со значениями физиономия, нрав. Здесь – та же самая мысль: то, что было сначала одним, а потом переменилось и стало другим; человеческая гримаса – это то, что меняется; нрав, если он тяжёлый, а не кроткий, это также нечто переменчивое.

Особое примечание по поводу слова СДОБА: смотрим статью СДОБА. В контексте рассматриваемого корня, однако, возникает такое толкование этого слова: СДОБА – особое сладкое тесто (тесто, которое поначалу было одним, но потом его качество было улучшено). Такое толкование вполне вписывается в этот контекст и чисто внешне выглядит вполне законным. Всё же, с исторической точки зрения, этимологию для слова СДОБА следует считать верною только ту, которая описана в статье СДОБА.

 

53.  ДОБЛЕСТЬ, ДОБЛИЙ

Современное русское существительное ДÓБЛЕСТЬ образовано от устарелого прилагательного ДÓБЛИЙ со значением смелый, отважный.

В старославянском языке: ДОБЛЬ (два слога).

Напрашиваются сравнения со словами БЛЕСТЕТЬ, ДОБРЫЙ, ДЕБЕЛЫЙ. Не считаю, что эти сравнения имеют под собою строгие научные основания, но усматривать здесь некое реально существующее сближение – можно.

На правах предположения, создаю такую среднеиндоевропейскую конструкцию:

DhXw + BJ + LJ = смело + при нападении + остающийся.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dho-bi-li.

Первоначальное значение: тот, кто не убегает при опасности; смелый.

 

54.  ДОБРЫЙ

Современное значение русского прилагательного ДÓБРЫЙ трактуется довольно широко и, как представляется, несколько отличается от общеславянских значений этого слова. Главное современное значение в русском языке: не жадный; на втором месте по степени важности: благожелательный, благосклонный. Все остальные значения и оттенки значений так или иначе связаны с положительными характеристиками: то, что считается надёжным; то, что считается хорошим.

В древнерусском и в старославянском: ДОБРЪ – в два слога.

В белорусском языке: ДÓБРЫ; малороссийском: ДÓБРИЙ; в болгарском: ДОБЪР; в сербском: ДОБАР; в словенском: DOBER; в чешском и в словацком: DOBRÝ; в польском: DOBRY; в обоих лужицких: DOBRY.

В латинском: FABER – ремесленник, художник.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DhX + BhR = ветки + сочленяемые.

Вероятное среднеиндоевропейское звучание: dha-bhre, dha-bher.

Для латинского языка: dhabher > thaber > θaber > faber.

Первоначальное значение: надёжно сделанная строительная конструкция. Позже: то, что приятно для нас.

Все слова, имеющие исконно славянское происхождение, восходят либо к праславянскому истоку, либо к италийсковенетскому. В данном случае наблюдаем италийсковенетское происхождение, чем и объясняется столь заметное сходство с латинским словом.

 

55.  ДОВЛЕТЬ

ДОВЬЛѢТИ – старославянское слово со значением быть достаточным. Примеры употребления в современном русском литературном языке: Природа довлеет сама себе – природе достаточно самой себя.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhW + JD + LXj = даваемое (мне) + равное+ при заботе (о справедливости или разумности).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-wi-le.

Дальнейшая фонетическая судьба: dowile > ДОВЬЛѢ- – закономерно.

 

56.  ДОДОЛА (славянская богиня)

Богиня дождя у южных славян, возможно, и у поляков.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DXw + DL + XwX = жертвоприношение (совершаем) + о длительности + воды.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-del-oa.

Первоначальное значение: ритуал, посвящённый тому, чтобы пошёл длительный дождь.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DX + DhL + LX = река + в лесных дебрях + в полнолуние.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  da-dhel-la.

Значение по второму варианту получается таким: некий ритуал, совершаемый в полнолуние на лесной реке.

Предпочтение отдаю первому варианту.

 

57.  ДОЖДЬ

Современное значение русского слова ДОЖДЬ: атмосферные осадки, выпадающие из облаков на землю.

В старославянском языке: ДЪЖДЬ.

В древнерусском языке: ОДЪЖДИТИ – заставить идти дождь (в молитвах).

В белорусском: ДОЖДЖ; в русинском: ДОДЖ; в малороссийском: ДОЩ; в болгарском: ДЪЖД; в македонском: ДОЖД; в сербском: ДАЖД; в словенском: DEŽ; в чешском: DÉŠT; в словацком: DА́ŽD; в польском: DESZCZ; в обоих лужицких: DEŠĆ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DW + DJ = сомневаясь + высматриваем (в небе).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-dje.

Дальнейшая фонетическая судьба: dudj- > ДЪЖДЬ.

Первоначальное значение: ДОЖДЬ – это то, о чём мы думаем, придёт он или не придёт, с сомнением глядя на небо.

 

58.  ДОИТЬ

В старославянском языке: ДОИТИ и ДОѬ. В сербском: ДОJИТИ; в словенском: DOJÍTI; в чешском: DOJITI; в словацком: DOJIT; в польском: DOIĆ; в верхнелужицком: DEJIĆ; в нижнелужицком: DOIŚ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhXj + JW = молоко + как учили (делать).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhe-jū.

Далее: dhejū > dhojū > dojī-.

Первоначальное значение: ДОИТЬ – это означает добывать молоко у домашнего животного так, как учили более опытные работники, по правильной технологии.

 

59.  ДОЛ, ДОЛИНА

Современное значение русского слова ДОЛИ́НА, согласно словарю Ефремовой: 1) удлинённая впадина между горами или холмами; 2) ровное береговое пространство вдоль реки. ДОЛ – то же, что и ДОЛИНА, но слово считается устарелым и поэтическим. Например, у Пушкина: «Там лес и дол видений полны…»

В белорусском языке: ДАЛÍНА; в малороссийском: ДIЛ, ДОЛИ́НА; в болгарском: ДОЛ, ДОЛИНА; в сербском: ДО, ДОЛИНА; в словенском: DOL, DOLINA;в чешском: DŮL, ÚDOLÍ; в словацком: DOLINA, ÚDOLIE; в польском: DÓŁ, DOLINA; в обоих лужицких: DÓŁ.

Слово наблюдается также во всех германских языках, например, в немецком: TAL; в шведском: DAL. Это древнее заимствование от праславян к прагерманцам.

Видимо, следует считать так: ДОЛ – первичное слово, ДОЛИНА – вторичное (по аналогии: НИЗ – НИЗИНА, ВЕРХ – ВЕРШИНА). Можно, впрочем, предположить и другое: ДОЛ имеет одно происхождение, а ДОЛИНА – другое, но за неимением надёжных доказательств, от этой версии, как представляется, следует отказаться. Исходить следует из того, что ДОЛ – это и есть предмет этимологического исследования.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней (первый вариант):

DL + LXw = длительно + плоское.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: del-lo.

Дальнейшая фонетическая судьба: dello > dollo > dolo- > dol-.

Первоначальное значение: нескончаемо плоская местность: идёшь по ней, идёшь, а она всё плоская и плоская.

Полагаю, что существовала и другая среднеиндоевропейская конструкция (второй вариант):

DX + LXw = река + на плоскости.

Несколько иное и более точное толкование: … = рекою + по плоскости.

Среднеиндоевропейское звучание: da-lo.

Дальнейшая фонетическая судьба: dalo > dal-.

Именно это праславянское слово и было заимствовано германцами.

Первоначальное значение: речная долина.

Позже слово было утрачено праславянами по причинам наложения друг на друга двух близких по смыслу корней: dol- и dal- (контаминация) – первый корень победил, а второй утратился. Это случилось ещё и потому, что возникала опасность паронимического сближения со словом ДАЛЬ (в его древнем варианте произношения, разумеется) с переходом в последующую омонимию. Предки славян, да и сами славяне, всегда стремились избегать омонимии, поэтому и было образовано слово ДОЛИНА (также – в древнем варианте произношения). Смотрим статью словаря ДАЛЬ.

 

60.  ДОЛБИТЬ

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DL + BhXw = длительно + бить.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: del-bho.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhXw + LBh = протыкать + добиваясь трудного хорошего результата.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dho-lbh.

Предпочтение отдаю первому варианту, но вполне допускаю и существование второй конструкции – возможно, оба древних корня со временем наложились друг на друга и стали восприниматься как нечто единое.

Первоначальное значение: ДОЛБИТЬ – протыкать ударами.

 

61.  ДОЛОТО

Трудный случай: в какой-то степени это слово родственно слову ДОЛБИТЬ (смотрим статью), но степень этого родства – это и есть то, в чём заключается трудность.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhXw + LP + TP = протыкая + упорно + вдавливая.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dho-lp-tep.

В дальнейшем, уже на поздней стадии: tep > pet или tp > pt – метатеза (перестановка). И после этого: dolpt- > dolt- > ДОЛОТ- – восточнославянский вариант общеславянского корня.

 

62.  ДОЛГ

Современное значение русского слова ДОЛГ: общественно обусловленное обязательство кого-то перед кем-то. Часто имеется в виду денежное или имущественное обязательство: ДОЛГ – то, что нужно вернуть.

Слово ДОЛГ является общеславянским, но так получилось, что только в одном словенском языке оно звучит почти так же, как в русском, а во всех остальных случаях слово подверглось заметным фонетическим изменениям.

В старославянском языке: ДЛЪГЪ – в два слога.

В белорусском языке: ДОЎГ; в малороссийском: ДОВГ; в болгарском: ДЪЛГ; в сербском: ДУГ; в словенском: DOLG; в чешском: DLUH; в словацком: DLH; в польском: DŁUG; в верхнелужицком: DÓŁH; в нижнелужицком: DŁUG.

Обращает на себя внимание то, что в южнославянских языках существительное со значением долг (смотрим статью ДОЛГ) и прилагательное в со значением долгий (в форме мужского рода) совпадают! Поскольку славяне очень чувствительны к омонимии и всячески стараются избегать её, остаётся предположить, что в данном случае произошло некое переосмысление, и в духе народных этимологий возникло такое представление ДОЛГ – ЭТО ТО, ЧТО ТЯНЕТСЯ ДОЛГО. Считаю, что это ложное представление, и брать его на вооружение при установлении этимологии рассматриваемого слова – нельзя.

По мнению Фасмера, ДОЛГ со всеми его славянскими вариантами) – это заимствование из германских языков, ибо в готском языке: DULGS – долг. Между тем, обмена словами между предками германцев и предками славян почти не было; вместо этого, было движение почти исключительно в одну-единственную сторону – от предков славян к предкам германцев. То же самое было и в этом случае: готское слово имеет славянское или праславянское (что скорее всего!) происхождение.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DL + GhwXw = длительно + страдаем (имея трудные обязательства).

Совершенно другое толкование этой же конструкции: … = длительно + желаем (чтобы долг был возвращён – нам от кого-то или нами кому-то).

Вероятное среднеиндоевропейское звучание: del-gwho.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DL + LG = длительно + бедствуем.

В Среднеиндоевропейский период это звучало, видимо, так: del-leg или, скорее всего, так: del-lg.

Допускаю, что оба варианта существовали одновременно, но первый встречался намного чаще, а второй – реже. Допускаю также, что второго варианта не было вовсе.

 

63.  ДОЛГИЙ, ДОЛГО

Современные значения русского прилагательного ДÓЛГИЙ: 1) растянутый во времени, длительный; 2) растянутый в пространстве, длинный.

В древнерусском языке: ДЪЛГЪ – в два слога. В старославянском языке: ДЛЪГЪ – в два слога.

В белорусском языке: ДÓЎГI; в малороссийском: ДÓВГИЙ; в болгарском: ДЪЛГ; в сербском: ДУГ; в словенском DOLG; в чешском: DLOUHÝ; в словацком: DLHÝ; в польском: DŁUGI; в верхнелужицком: DOŁHI; в нижнелужицком: DŁUGI. (Примечание: верхнелужицкое слово произносится так же, как и белорусское, а нижнелужицкое – так же, как польское.)

Смотрим статью ДОЛГ, где отмечается совпадение южнославянских прилагательных со значением долгий с южнославянскими же существительными со значением долг.

Обращаю внимание также на описание ещё ДОиндоевропейских представлений о времени и пространстве, которое было дано мною в книге «ИНДОЕВРОПЕЙСКАЯ ПРЕДЫСТОРИЯ: поначалу считалось, что время и пространство – это одно и то же, и лишь позже эти понятия стали различаться. Считалось так: ПРОСТРАНСТВО – это то, на преодоление чего нужно ВРЕМЯ. Этимология слова ДОЛГИЙ как раз и содержит в себе эти два очень близких понятия.

Многочисленные сопоставления с другими индоевропейскими языками не приводят решительно ни к какому надёжному результату. Общим во всех этих сравнениях является только одно: биконсонантный корень DL с его значениями длительности, протяжённости во времени или в пространстве. Среднеиндоевропейские же конструкции, из которых образовывались все эти слова, всегда состояли не менее, чем из двух биконсонантных корней, и получается так: первый их этих корней – DL, а второй – какой угодно другой, в зависимости от того, какое значение вкладывалось в данную конструкцию в каждом отдельно взятом среднеиндоевропейском диалекте. Поэтому говорить о каком-то родстве различных индоевропейских слов только на основании того, что в них содержится это самое DL, – очень наивно!

Вот пример: латинское слово LONGUS – длинный. Его этимология такова:

DL + NGhj = далёкое + нельзя пощупать (потому что недосягаемое).

Среднеиндоевропейское звучание: dle-ngh’.

В рамках кентумных и древнеиталийских фонетических законов, происходят такие преобразования: dlengh’ > dlongh > long-.

Древнегреческое слово ΔΟΛΙΧΟΣ: длинный, долгий, продолжительный. Этимология:

DL + JGhj = далёкое + ощущаем на себе (потому что тяжело добираться).

Среднеиндоевропейское звучание: del-igh’.

В рамках кентумных и протогреческих фонетических законов: deligh’ > doligh > dolix-.

Фасмер приводит примеры из латинского и греческого языков, из готского языка, из хеттского, из древнеиндийского, из авестийского, из древнеперсидского. Биконсонантный корень DL, который заметен в них во всех, ничего особенного не доказывает, но колебания во второй части этих слов поражают одною особенностью: в них просматриваются среднеиндоевропейские смычные [gh’], [gh] и [g], причём второй биконсонантный корень может быть разным, но он всегда будет содержать в себе какой-то из этих смычных. Это явление имеет среднеиндоевропейскую природу, и его можно было бы назвать так: заимствование с последующим вольным пересказом одного из биконсонантных корней, смысл которого при заимствовании был не всегда правильно понят. Поскольку говорить о заимствованиях между диалектами одного и того же языка очень трудно, то я бы предложил такую формулировку: своевольное звукоподражание при пересказе конструкции. В конце Среднеиндоевропейской эпохи это явление стало массовым и привело к огромному количеству частично похожих слов, которым теперь и приписывается какой-то общеиндоевропейский смысл. Общим здесь может быть только один момент: некая конструкция возникает в одном-единственном диалекте и затем начинает своё триумфальное шествие по другим диалектам, захватывая при этом разные индоевропейские ветви. Конструкция не переходит в неизменном виде из диалекта в диалект, а подвергается доработке; её пересказывают своими средствами то так, то этак, но при этом стараются сохранить какое-то звуковое сходство с первоначальною конструкцией. Именно это самое и было в предыстории русского слова ДОЛГИЙ.

Полагаю, что прообразом современного корня ДОЛГ- в словах ДОЛГИЙ и ДОЛГО была такая среднеиндоевропейская конструкция:

DL + GhJ = длительно + будем возвращаться (если пойдём туда).

Среднеиндоевропейское звучание: del-ghi. Важно отметить, что здесь не было палатализации (мягкости) задненёбного! Вполне можно допустить и такое звучание: del-ghej.

Дальнейшая фонетическая судьба: delgh- > dolgh- > dolg > …

Первоначальное значение: размышления о том, что обратный путь будет очень затяжным и предостережения об этом.

 

64.  ДОЛДОНИТЬ

DR + DN = действовать + языком.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: der-den.

В дальнейшем более поздний корень dordon- приобретает вид doldon-, что, хотя, и не совсем типично, однако не таит в себе никаких особых противоречий.

Первоначальное значение: ДОЛДОНИТЬ – болтать попусту.

 

65.  ДОЛЯ

Современные значения русского слова ДÓЛЯ: часть чего-либо; то, что приходится на каждого участника дележа. Совершенно особое значение: судьба – то, что при распределении судеб со стороны Высших Сил досталось отдельному человеку.

В малороссийском языке: ДÓЛЯ; в польском: DOLA.

В литовском: DALIÀ, DALÌS.

Конструкция биконсонантных корней для Среднеиндоевропейского периода (первый вариант):

DXw + LJ = выдаётся + оставшееся (после дележа).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-li, do-lje.

Возможно, конструкция была сложнее и состояла из трёх биконсонантных корней, а не двух (второй вариант):

DXw + LJ + JW = выдаётся + оставшееся (после дележа) + по справедливости.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-li-ju.

Первоначальное значение по обоим вариантам: ДОЛЯ – это то, что осталось после дележа и причитается претенденту.

 

66.  ДОМ

Современное значение русского слова ДОМ: жилое здание, жилое строение; реже: строение любого другого назначения.

В древнерусском и в старославянском: ДОМЪ – в два слога.

В белорусском: ДОМ; в малороссийском: ДIМ; в болгарском: ДОМ; в сербском: ДОМ; в словенском: DOM; в чешском: DŮM; в словацком: DOM; в польском: DOM; в обоих лужицких: DOM.

В литовском: NAMAS (дисконтактная регрессивная ассимиляция: d > n); DIMSTIS – поместье.

В древнеиндийском: DAMAS.

В латинском: DOMUS.

В греческом: ΔΟΜΟΣ – строение.

В шведском: TOMT – место для застройки, участок земли; TOMTE – домовой, гном.

Есть и другие индоевропейские примеры.

По версии Н.Д. Андреева, которую я принимаю с некоторыми оговорками, среднеиндоевропейская конструкция должна быть такая:

DXj + MXj = вяжем + шесты.

Среднеиндоевропейское звучание конструкции: de-me.

Первоначальное значение: готовить переносное жильё кочевников – связывать столбы или шесты, на которых будут потом крепиться шкуры животных.

Позднее значение: ДОМ – строение.

Моя оговорка заключается в том, что в Дополнительном списке биконсонантных корней отмечается корень DhM – дом, убежище. Из всех приведённых выше индоевропейских примеров корень DhM подходит только для славянских языков и для литовского, а для всех остальных языков он не срабатывает. Более того: ни из чего не следует, что этот корень был у предков славян или у предков литовцев, и это всего лишь моё предположение.

И, тем не менее, вот что мы наблюдаем: биконсонантный корень DhM изначально произносился так: [dhem]. И именно так он произносился на протославянском этапе. Но затем, по всем фонетическим законам, произошла следующая цепочка преобразований: dhem > dhom > dom. И это имело значение: дом!

Почему нельзя допустить, что биконсонантный корень DhM не мог участвовать в формировании греческого, латинского, древнеиндийского и шведского слова – понятно: пришлось бы нарушить хорошо известные и многократно подтверждённые фонетические законы. Но почему нельзя допустить того же в отношении славянских языков и литовского? Никаких противопоказаний для такого допущения нет!

Считаю, что для славян и литовцев вопрос нужно решить так: скорее всего, им была прекрасно известна конструкция DXj + MXj, но и биконсонантный корень DhM ими не был забыт. Синонимия в древние времена была под запретом, поэтому следует считать, что у конструкции DXj + MXj и биконсонантного корня DhM были разные значения. Но – близкие! А контаминация буквально пронизывает все индоевропейские ветви, и этому явлению принадлежит существенная роль в формировании всех индоевропейских языков. Вот и здесь могла произойти контаминация – наложение друг на друга двух похожих по значению позднеиндоевропейских корней. Доказать, что это и в самом деле было именно так – пока невозможно, но моя версия очень похожа на правду.

 

67.  ДОМНА

Современное значение русского слова: ДÓМНА – печь для выплавки металла.

Древнерусский вид слова: ДЪМЬНА. Именно из этого и исходим, а иначе возникнет соблазн искать сходство со словом ДОМ (смотрим статью).

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DW + MJ + NX = давим (меха) + меняя (усилия – то один, то другой) + дым (пахнущий).

Другое толкование: давим + совместными усилиями (по уговору) + дым (пахнущий).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-mi-na.

Дальнейшая фонетическая судьба: dumina > ДЪМЬНА – строго закономерно, без единой погрешности!

 

68.  ДОМОВОЙ (прилагательное); DOMOV (слово в чешском и в словацком языках)

Необычный случай.

Слово ДОМОВÓЙ и похожее на него слово ДОМ, – это не то же самое, что пары слов ГОД – ГОДОВОЙ, ПАР – ПАРОВОЙ и тому подобное. Иными словами: здесь не корень ДОМ- и обычный суффикс -ОВ, хотя, с точки зрения современного русского языка, это именно так и воспринимается.

Поясню свою мысль на примере чешского и словацкого языков, в которых есть слово DOMOV со значениями отчий дом, родина.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

Этимологию чешского и словацкого слова DOMOV следует рассмотреть так.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhM + XjW = в моё убежище (жильё, дом) + возвращаюсь (вечером).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhem-ew.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhemew > dhomow > ДОМОВ- – закономерно!

И лишь затем возникает ощущение сходства этого корня с конструкциями типа ПАР – ПАРОВОЙ, и, на основе этого ощущения, в русском и в других славянских языках создаются прилагательные, связанные по смыслу со словом ДОМ: ДОМОВОЙ, ДОМОВИТЫЙ. Характерно, что таких слов очень мало. Прилагательные от слова ДОМ в русском языке образуются так: ДОМАШНИЙ и БЕЗДОМНЫЙ.

Название мифического существа ДОМОВОЙ образовано по таким образцам: ВОДА – ВОДЯНОЙ, ЛЕС – ЛЕШИЙ (лесной); это просто субстантивированные прилагательные.

Принять версию о том, что в слове ДОМОВОЙ имела место конструкция Андреева (смотрим статью ДОМ), в данном случае нельзя. В самом деле:

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DXj + MXj = вязать + шесты.

Это означало переносное жильё.

Как же мы можем создать новую конструкцию DXj + MXj + XjW= к связанным + шестам + возвращаюсь (вечером)?

Куда человек возвращался вечером – к связанным шестам, из которых было сконструировано его жильё, или в своё убежище, независимо от того, каким образом оно было создано? Уверен в том, что нужно принять версию с биконсонантным корнем из Дополнительного списка DhM. Уверен также и в том, что этот корень нельзя применить при установлении этимологии слова ДОМ.

 

69.  ДОМОЙ

Современное значение русского слова ДОМÓЙ: наречие, передающее идею возвращения в свой дом, в свою семью, к себе в родные края.

В древнерусском языке: ДОМОВЬ (три слога) и реже – ДОМОВИ.

В малороссийском: ДОМÍВ; в сербском: ДОМОМ, устарелая форма – ДОМОВ; в словенском: DOMOV, DOMU; в древнечешском: DOMÓV, DOMŮ; в словацком: DOMOV; в обоих лужицких языках: DOMOJ.

Первый вариант – моё мнение:

Это форма дательного падежа от италийского слова со значением дом, от которого происходит или которому родственно русское слово ДОМ (смотрим статью). В латинском языке слово domus – 4-го склонения, и в дательном падеже оно имеет такую форму: domuī. Можно предположить, что в италийсковенетском языке – более архаичном, чем известная нам латынь! – эта же самая форма звучала примерно так: domowi. Окончание дательного падежа -ovi мы и сейчас можем наблюдать в славянских языках, например, в чешском: synovi.

По этой версии, форма domowi приобрела со временем вид domoi, и это и объясняет нынешнее русское слово ДОМОЙ со значением по направлению к своему дому.

Второй вариант – мнение Н.Д. Андреева.

Он считает, что первоначально была форма domowi – та же самая, на которую указываю и я! Но происхождение этой формы – совершенно другое. А именно:

DXj + MW = связанную (и обездвиженную!) + украсть ночью.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: de-mew.

Первоначальное значение: увести к себе домой женщину, украденную из другого племени.

Характерно, что Андреев ссылается на форму domuī – ту же самую форму дательного падежа латинского слова domus.

Затрудняюсь отдать предпочтение одному из двух вариантов.

 

70.  ДОРОГА

Слово является общеславянским, но, странным образом, оно не прижилось у большинства славян и считается либо устарелым, либо редким. Возможно, это получилось из-за непонятного сходства со словом ДОРОГОЙ (смотрим статью), которое точно так же является общеславянским, хотя и имеет другое происхождение. Во всех трёх ветвях Славянского мира слово оформлено по обычным фонетическим законам – с различием на [g] и [h] и на три обычных варианта: oro, ra и ro – в зависимости от ветви. Есть и смысловые различия, но они – чисто местного происхождения и не имеют отношения к древнему славянскому значению. В верхнелужицком языке: DRÓHA – дорога, улица; в нижнелужицком: DROGA – улица. В словенском: DRAGA – овраг, лощина.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhR + GwX = по дороге + идём.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dher-gwa.

Первоначальное значение: ДОРОГА – путь, маршрут.

 

71.  ДОРОГОЙ

С точки зрения любого современного славянского языка, слова ДОРОГА и ДОРОГОЙ производят впечатление однокоренных, но это не так – рассматриваемое слово имеет совершенно другую предысторию, а фонетическое сходство обусловлено дославянскими фонетическими законами, когда происходило совпадение некоторых согласных звуков.

В Славянском мире слово представлено в различных фонетических оформлениях – в зависимости от ветви. Главные различия в произношениях: славянское разногласие по поводу [g] и [h], а также oro, ra и ro у восточных, южных и западных славян – соответственно.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DXw + RGh = жертвоприношение + при обращении к Высшим Силам.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-rgh.

Первоначальное значение: ценное жертвоприношение Высшим Силам.

Современное значение: ДОРОГОЕ – нечто ценное.

 

72.  ДОСКА

На древнерусском языке: ДЪСКА – доска, стол. В русских диалектах: ЦКА; в нижнелужицком языке: CKA.

Первый вариант. Слово существует во всех без исключения славянских языках и, как полагает Фасмер, является общеславянским ранним заимствованиям из германских языков. В свою очередь, германцы получили это слово из латинского языка, а латинский – из греческого. Если это так, то это тот случай, который не должен рассматриваться в моём словаре – по его предварительным условиям.

Я засчитываю мнение Фасмера в качестве первого варианта и рассматриваю вариант второй – версию об исконно славянском происхождении этого слова. Напоминаю, что исконно славянским я считаю всё то, что имеет праславянское или италийсковенетское происхождение.

Второй вариант:

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DXj + SK + XXw = для строительства + отсечённое + острым (топором).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: de-sk-ao.

Дальнейшая фонетическая судьба: deskao > doskā > duskā > ДЪСКА – всё строго закономерно, но при одном важном замечании: это слово италийсковенетского происхождения, а не праславянского. Доказательство – процесс o > u > ъ, который мы здесь наблюдаем. Такое было возможно только при восприятия праславянами италийских слов, когда безударное италийское [o] воспринималось праславянами на слух как [u].

Исконно славянское происхождение слова ДОСКА считаю полностью доказанным.

Непреодолимым препятствием в рассуждениях Фасмера является утверждение о том, что германский корень disk мог при заимствовании его славянами приобрести облик ДЪСК. Иными словами: disk > dusk > ДЪСК-. Между тем, фонетического процесса i > u > ъ у славян и праславян – никогда не было!

Современное русское значение слова ДОСКА – известное плоское изделие их дерева.

 

73.  ДОСУГ

Исхожу из того, что ДО- это приставка, а -СУГ- – древний корень (древнерусское ПРОСУГ – возможность, способность). Не согласен с Фасмером в том, что существует чередование -СУГ-/-СЯГ- и отсылаю к своей статье -СЯГ-/-СЯЗ-.

Рассматриваю происхождение корня -СУГ-:

SXw + NGhw = плясать + когда не нужно.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: so-ngwh.

Далее: songwh > sõg > sug.

Первоначальное значение: тратить жизненную энергию попусту.

Отсюда – два новых значения: 1) безделье и 2) жизненная энергия, сила, упорство. Но это всё – уже с приставкою ДО-, которая и придавала ему новые дополнительные оттенки.

В русском языке: ДОСУГ – безделье, отдых; ДОСУЖИЙ – вздорный, неправильный. В малороссийском языке это же прилагательное (ДОСУГИЙ) означает пожилой (отдыхающий от трудов), крепкий (энергичный); в белорусском языке – проворный, заботливый (опять же – энергичный!).

В древнерусском слове ПРОСУГ нужно объяснить значение приставки – это идея будущего. Отсюда значение: энергия, которая возможна в будущем.

 

74.  ДОЧЕРЬ, ДОЧЕРИ, ДОЧЕРНИЙ (родство, семья)

В данной статье рассматривается слово ДÓЧЕРЬ, которое в современном русском языке практически не существует в формах именительного падежа единственного числа и винительного падежа единственного числа, вместо каковых двух форм употребляется слово ДОЧЬ (смотрим статью в словаре) – как раз в этих двух падежах и имеющее другое происхождение. Между тем, существительные ДОЧЬ и ДОЧЕРЬ – при различном происхождении – имеют совершенно одно и то же лексическое значение и воспринимаются современными носителями русского языка как одно и то же слово, существующее в двух формах – мнимо краткой (ДОЧЬ) и мнимо полной (корень ДОЧЕР-). Мнимо полная форма имеет иногда ещё и такое объяснение: это, мол, корень ДОЧ-, получивший «наращение» -ЕР. Мнимые краткость и полнота, а равным образом и мнимое наращение описываются также в статьях МАТЬ и МАТЕРЬ (смотрим).

Слово ДÓЧЕРЬ имеет такие однокоренные образования в русском языке: ДОЧÉРНИЙ, УДОЧЕРЯ́ТЬ, ПА́ДЧЕРИЦА. Предметом этимологического рассмотрения в данной статье является только корень ДОЧЕР-!

В древнерусском языке отмечаем мнимо краткую форму ДЪЧИ – именительный падеж единственного числа и винительный падеж единственного числа; мнимо полную форму – ДЪЧЕРИ (для простоты изложения здесь и далее берётся только форма родительного падежа единственного числа). Письменно засвидетельствованы, однако, только поздние формы ДОЧИ и ДОЧЕРИ.

В старославянском языке: мнимо краткая форма – ДЪЩИ, и мнимо полная – ДЪЩЕРЕ.

В малороссийском языке: мнимо краткая форма – ДОЧ, мнимо полная – ДÓЧЕРИ; в болгарском: ДЪЩЕРЯ́, ЩЕРКА; в сербском: ЋЕРКА; в чешском языке: DCERA; в словацком: DCÉRA; в польском: CORA, CÓRKA.

В литовском языке: DUKTĖ, DUKTERS – две формы (мнимо краткая и мнимо полная как в русском языке!). В жемайтском языке: DOKRA.

Исконно индоевропейское слово, хорошо сохранилось в германских языках. Например, в голландском: DOCHTER; в шведском DOTTER. Есть и другие индоевропейские примеры.

Первый вариант.

Конструкция биконсонантных корней для Среднеиндоевропейского периода:

DhW + GhX + TR = девочка + задерживается + среди родичей (соплеменников).

Более точное толкование этой же самой конструкции:

… = в качестве девственницы + задерживается + среди родичей (соплеменников).

Среднеиндоевропейское звучание, как можно было бы предположить, было таким: dhu-gha-ter. Но, если это и в самом деле имело место, то тогда непонятно, почему в дальнейшем случился переход: dhughater > dhughter, а именно так ведь и вышло.

Считаю, что среднеиндоевропейский биконсонантный корень GhX в этом случае не произносился так, как это бывало обычно, а именно – [ghā] или [gha]. Он мог произноситься и так: [ghx] – со всеми вытекающими из этого фонетическими последствиями (например: ghx > kx). В Индоевропейском мире это было очень редким явлением, но оно было, и, приводя различные примеры, его существование отмечал Андреев, который не дал ему, впрочем, никакого законченного объяснения. Объяснение попытаюсь дать я: это было явление интонационного порядка; конструкция DhW + GhX + TR произносилась с такими из ряда вон выходящими интонациями, при которых не могло получиться обычного среднеиндоевропейского произношения, обусловленного обычными среднеиндоевропейскими фонетическими законами. Думаю, что особое отношение к этому слову было не только у славян и их предков, но и у всех (или у многих) остальных индоевропейцев.

Восточнославянская предыстория рассматриваемого корня такова:

dhughter > dukter > dučer.

Переход kt > č – восточнославянское явление, в других славянских ветвях было иначе: у западных славян – kt > c, у южных – kt > š’t’ > št, что мы и видим в приведённых выше примерах.

Первоначальное значение: дочь, которая ещё не вышла замуж, а остаётся в родной семье. Дочь, которая уже вышла замуж, должна была называться другим словом. Никаких точных сведений о таком слове, как может показаться, у нас нет, но всё же обращаю внимание на два биконсонантных корня, которые подвергают сомнению необходимость самого существования таких слов:

1) GwXj – женщина из нашего рода-племени, которую мы отдаём (или можем отдать, если захотим) замуж куда-то на сторону – к другому роду-племени. Отдать её мы можем добровольно (в ходе обмена или продажи) или недобровольно (в результате похищения её у нас).

2) JN – женщина, которая, выйдя замуж за нашего соплеменника, пришла к нам со стороны из другого рода-племени. Это может быть похищенная женщина, выкупленная или женщина, полученная по обмену.

Таким образом, DhW + GhX + TR – это такая нашенская девушка, которая ещё не вступила в жизненную стадию GwXj или JN, но наступление этой стадии ожидается.

Второй вариант.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhW + KwT + JR = о девственнице (нашенской) + для супружества (предстоящего) + советуемся (за кого отдать и какой выкуп получить).

Среднеиндоевропейское звучание: dhu-kwt-ir или, скорее всего, dhu-kwt-jer.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhukwtjer > ДЪЧЕР- – строго закономерно.

Считаю, что оба варианта существовали одновременно, но с поправкою на разные диалекты: в одних преобладал первый вариант, в других – второй. В любом случае, значения обоих вариантов не совпадали полностью. Между обоими вариантами существовало взаимодействие, и именно второй вариант хорошо объясняет фонетический эпизод в первом варианте, когда, вместо [ghāt] или [ghat], получилось [kt].

Считаю также, что произошла контаминация обоих вариантов, которые с какого-то времени стали восприниматься как совершенно одно и то же. Контаминация произошла уже в Позднеиндоевропейскую эпоху и распространилась не на праславянскую ветвь Индоевропейского мира, но и на пралеттолитовскую и прагерманскую, а также, вполне возможно и на другие ветви. Считаю, что контаминация могла возникнуть лишь в одной-единственной ветви, и только после этого её последствия могли перекинуться к другим ветвям. Не могло случиться так, чтобы одна и та же контаминация возникла одновременно в двух или нескольких ветвях. Вопрос о том, можно ли это считать заимствованием, считаю праздным, если речь идёт о взаимодействии праславян и пралеттолитовцев. В той части, которая касается германцев, следует заявить однозначо, что это было заимствованием, ибо само возникновение германской ветви Индоевропейского (Арийского) мира связано со вторжением неких посторонних племён в Индоевропейский мир и переходом на более индоевропейский язык.

 

75.  ДОЧЕРИ, ДОЧЬ (родство, семья)

В современном русском языке слово ДОЧЬ имеет такое значение: девочка или женщина по отношению к своим родителям. Вопреки общепризнанному мнению, существительное ДОЧЬ не является сокращённою формою от «более полного» существительного ДОЧЕРЬ (смотрим статью в словаре), а имеет совершенно другое происхождение. Однокоренные слова к существительному ДОЧЬ: ДÓЧКА, ДÓЧЕНЬКА; в русских диалектах: ДОЧКА́, ДÓНЯ (по аналогии с именами ДУНЯ и МАНЯ).

Поразительно то, что существительное ДОЧЬ употребляется в современном русском языке только в формах именительного и винительного падежей единственного числа; все остальные падежные формы образованы от существительного ДОЧЕРЬ, ибо в русском национальном сознании прочно укрепилась мысль о том, что в словах ДОЧЬ и ДОЧЕРЬ совершенно один и тот же корень, но только один из них – «краткий», а другой – «полный». Есть и такое мнение: корень один и тот же, но в одном случае он имеет «наращение», а в другом – не имеет.

Разделение на мнимо «краткую форму» и мнимо «полную форму» можно отследить в старославянском языке, в древнерусском, в современном малороссийском, в словенском, в сербском, в литовском. Это означает, что сысловое слияние двух разных слов произошло ещё в древности.

В старославянском языке: ДЪЩИ или в другом написании – ДЪШТИ; в древнерусском языке: ДЪЧИ; в древнечешском языке: DCI.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

WDh + KwT + JW = исторгаем (женщину нашего рода-племени) + для супружества + по уговору.

Наиболее вероятное среднеиндоевропейское звучание: wedh-kwet-jū.

Первоначальное значение: ДОЧЬ – это та, кого мы отдаём навсегда для последующей супружеской жизни из нашего рода-племени куда-то на сторону, предварительно договорившись о выкупе.

В дальнейшем произошла метатеза: wedh- > dhew. Причины метатезы  очень сложны и достойны отдельного исследования. Само понятие дочери связывалось с какими-то поверьями и языковыми запретами. Здесь была некая форма табуизма (смотрим статью ВЕДЬМА, где описывается такая же метатеза). Полагаю, что это случилось где-то на стыке Среднего и Позднего периодов. Всё ещё было понятно, что означают биконсонантные корни WDh и DhW, но то, что конструкция получилась не вполне вразумительная – это уже не имело особого значения, ибо с переходом в Поздний период все биконсонантные корни постепенно превращались в простой фонетический материал, из которого состояли слова индоевропейских (арийских) диалектов.

К этому времени биконсонантный корень DhW мог иметь такие варианты произношения: dhew, dhow и dhu. Следы всех этих трёх вариантов мы можем найти в русском и в других славянских языках. В данном случае был вариант dhu – с кратким [ŭ], что представляется очень важным.

Таким образом, после метатезы получилось так: dhŭkwtjū.

Затем: dhŭkwtjū > dŭkwtjū.

В процессе утраты бемольности, каковая утрата являлась признаком перехода в славянское состояние, произошли три таких процесса:

kw > k; ŭ > ъ и jū > i.

Что касается процесса t + j, то здесь славяне с самого же начала своего существования не были едины, и в разных ветвях Славянского мира получались разные результаты. Итак, при переходе в славянское состояние возникла следующая фонетическая картина:

– dŭktjū > ДЪЧИ – для восточных славян;

– dŭktjū > DCI – для западных славян (в древнечешском языке!);

– dŭktjū > ДЪЩИ (или ДЪШТИ) – для южных славян (в старославянском языке!).

Всё строго закономерно, без единого изъяна или противоречия!

В литовском языке, где также наблюдаем мнимо «краткую форму» (DUKTĖ) и мнимо «полную форму» (DUKTERS), было, как представляется, нечто похожее, но в более простом варианте.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней для литовского слова:

WDh + KwT = исторгаем (женщину нашего рода-племени) + для супружества.

Затем происходит всё то же самое, но проще, и на выходе получается не dŭktjū, как у предков славян, а dukt.

Дославянское произношение покажется современному русскому или другому славянину непонятным и древним, современный же литовец не увидит особых отличий между древним произношением и нынешним.

 

76.  ДРАЗНИТЬ

Современное значение русского глагола ДРАЗНИ́ТЬ: намеренно (и, как правило, ритмично, а не одноразово) раздражать кого-либо словами или даже физическими действиями. Диалектный и просторечный вариант: ДРАЖНИ́ТЬ.

В малороссийском языке: ДРАЗНИ́ТИ и ДРАЖНИ́ТИ; в болгарском: ДРА́ЗНЯ; в древнечешском: DRА́ŽNITI; в польском: DRAŻNIĆ; в нижнелужицком: DRAŽNIŚ.

Конструкция биконсонантных корней для Среднеиндоевропейского периода:

DR + XXw + GjN = дёргать + острым + зная.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-ao-g’en.

Дальнейшая фонетическая судьба: draog’en > drāg’n- > drazn-.

Первоначальное значение: намеренно беспокоить кого-то острым предметом, осознавая, к чему это может привести. Скорее всего, имелось в виду животное на привязи.

 

77.  ДРАКА

Современное значение русского слова ДРА́КА: столкновение двух или нескольких человек, сопровождающееся взаимными побоями.

Первый вариант. По мнению Фасмера, ДРАКА – от слова ДРАТЬ. Если это так, то, стало быть, здесь имеется суффикс -АК-, и нужно искать другие слова, где присутствует в таком же значении этот же самый суффикс. Если таких слов не будет обнаружено, то это не суффикс, а часть корня, ибо суффиксы не бывают одноразовыми. Из слов, в которых можно было бы заподозрить такой суффикс, можно назвать только два: СОБАКА и ЗАБИЯКА, но это – очень сомнительно. Слова же типа ЖЕЛЕЗЯКА или ДРОВИНЯКА сюда и вовсе не подходят. Можно предположить, однако, что это не суффикс, а просто рифма: слово ДРАКА было образовано по признаку созвучия с рифмующимися словами. Допускаю это предположение на правах первого варианта.

Второй вариант: слово имеет среднеиндоевропейское объяснение.

DR + XK = причинять боль + с боевым духом.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-āk.

Женский род, появившийся позже, – это уже действительно рифма с какими-то словами близкими по смыслу.

 

78.  ДРАПАТЬ

Современное значение в русском языке: удирать.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DR + XXw + XwP = раздирание + острым + делать.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-ao-op.

Первоначальное значение: ситуация, при которой некто привязанный и содержащийся в жестоких условиях пытается вырваться на свободу. Скорее всего, имелось в виду животное.

 

79.  ДРАТЬ, ДЕРУ

Современные значения русского глагола ДРАТЬ: рвать на части или повреждать чем-то острым.

В старославянском языке: ДЬРАТИ, ДЬРѪ – образцовые славянские формы, которые и принимаются за основу. В не меньшей степени образцовым можно считать современный русский корень ДИРА- в глаголе РАЗДИРАТЬ, РАЗДИРАЮ. Странным образом, столь же образцовую форму показывает латышский язык: DIRAT – сдирать, обдирать. Все остальные славянские формы, а также литовские – уже не столь значимы. В точном соответствии со старославянскими формами находятся чешские формы DRА́TI, DERU – драть, грабить, а также современные русские формы ДРАТЬ (из древнерусской формы ДЬРАТИ), ДЕРУ́.

Сербский инфинитив ДРИJЕТИ в точности соответствует словенской форме DRETI, верхнелужицкой DRJEĆ, нижнелужицкой DRJEŚ, польской DRZEĆ и чешской DŘÍTI. Это не тот же самый глагол, что показан выше, а другой, ибо ему предшествовала другая среднеиндоевропейская конструкция!

Особняком стоят малороссийская форма инфинитива ДÉРТИ и литовская форма DIRTI – сдирать.

Этимологическому исследованию подвергается только старославянская форма инфинитива ДЬРАТИ, а равным образом и другие славянские формы (и одна латышская), которые соответствуют ей. Глаголы (славянские и литовский), не соответствующие этой форме, не рассматриваются!

Самое лёгкое предположение о среднеиндоевропейском сочетании биконсонантных корней для старославянского и древнерусского глагола ДЬРАТИ не может быть правильным.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней (первый вариант):

DR + XXw = раздирать + острым.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-ao.

Дальнейшая фонетическая судьба: drao > drā. А нам нужно: dirā < derā.

Может быть, с самого начала было не dr-ao, а der-ao? Но это трудное допущение, и оно нуждается в каком-то вразумительном объяснении, которое я дать не могу.

Полагаю, дело обстояло так: корень, который мы наблюдаем в старославянском и в древнерусском словах ДЬРАТИ, имел такую предысторию:

dirā- < derā- < derrā-…

Задача состоит в том, чтобы понять, какая конструкция биконсонантных корней могла предшествовать дославянскому корню derrā-.

Считаю, что для выполнения этой задачи следует составить такую среднеиндоевропейскую конструкцию биконсонантных корней (второй вариант):

DR + RXw + XXw = раздираю + поспешно (проворно, ловко ) + острым (инструментом).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: der-ro-ao.

Дальнейшая фонетическая судьба: derroao > derrā > derā > dirā – строго в соответствии со всеми фонетическими законами для глагола ДЬРАТИ, а раным образом и dirā > dīrā – столь же закономерно для глагола РАЗДИРАТЬ и других похожих слов (РАЗДИРАНИЕ, СДИРАТЬ, ОТДИРАТЬ и т.п.).

 

80.  ДРЕБЕЗДА (птица)

В «Словаре редких и забытых слов» В.П. Сомова читаем: «ДРЕБЕЗДА – местное название мелкой птицы, гнездящейся на берегах олонецких озёр.»

Птица ДРЕБЕЗДА упоминается также в стихотворении Николая Алексеевича Клюева (1884-1937) «Песня о Соколе и о трёх птицах божиих». Стихотворение имеет фантастический сюжет, действие происходит на Онежском озере, и этой птице даются такие характеристики: «золотопёрая», «перья красные». Клюев был представителем новокрестьянского направления в русской поэзии 20-го века, родился и жил в Олонецкой губернии. Особо подчёркиваю: мать поэта была местною сказительницею!

Никаких других достоверных сведений о птице ДРЕБЕЗДЕ добыть не удаётся. Полагаю, что это название мифической птицы из древнерусских или славянских сказаний, но на севере России, в каких-то отдельных диалектах или даже говорах, этим словом могла называться какая-то конкретная птица, имеющая в литературном русском языке и в орнитологии совершенно другое название.

Слово ДРЕБЕЗДА́ – категорически индоевропейское, исконно славянское и русское. Все внешние признаки говорят об этом. Оно не может быть, например, финским или тюркским.

Первый вариант. Простейшее объяснение, лежащее на поверхности: та, которая дребезжит (смотрим статью ДРЕБЕЗЖАТЬ).

Интуиция подсказывает мне, что это не так, и я предлагаю второй вариант:

DR + BhS + DX = не смолкает + в летний день + у реки.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dre-bhes-da.

Именно второй вариант вполне выдерживает сравнение с другими этимологиями, касающихся птиц. Отношение к птицам у индоевропейцев Среднего периода (и Раннего также!) было очень уважительным, а порою даже и восторженным. Ими могли просто любоваться без всякой практической цели, им могли поклоняться, им могли приписывать какие-то свойства. К четвероногим существам такое отношение было невозможно.

Что касается отсутствия этого слова в других славянских языках, то в этом нет ничего удивительного. Русский язык, в качестве самого славянского языка из всех ныне существующих, сохраняет в себе немало слов и отдельных грамматических явлений, забытых всем остальным Славянским миром.

 

81.  ДРЕБЕЗЖАТЬ, ВДРЕБЕЗГИ

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhR + BhJ + SGh = по дороге (когда везём или тащим) + ценное имущество + в неподвижности (стараемся держать, хотя это и не совсем получается).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dher-bhej-zgh.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhR + BhJ + SG = по дороге + ценное имущество + на привязи (тянем за верёвку).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  dher-bhej-zg.

Оба варианта фонетически безукоризненны и с одинаковым успехом приводят к современному корню ДРЕБЕЗГ-.

Первоначальный смысл первого варианта таков: мы везём по дороге нечто очень ценное и хорошо закрепили его, но оно всё-таки подвергается тряске и ДРЕБЕЗЖИТ. Первоначальный смысл второго варианта: мы тянем ценный груз за верёвку, и он, тащаясь по земле, болтается и ДРЕБЕЗЖИТ.

Осторожно отдаю предпочтение первому варианту, рассуждая при этом так: если это груз ценный (а BhJ – это ценное имущество!), то его, скорее всего, хорошо закрепят и будут транспортировать с предосторжностями, лишь с досадою замечая, что он всё-таки дребезжит в пути. Дребезжать может только твёрдый груз, а не мягкий (шкуры, туша животного), и, стало быть, во втором варианте имеется в виду, что за верёвку тянут по земле именно твёрдый груз – например глиняную посуду. А как можно тянуть по земле твёрдый и ценный предмет, который может разбиться или повредиться?

 

82.  ДРЕВАНЕ, ДРЕВЯНЕ (этноним)

ДРЕВАНЕ, ДРЕВЯНЕ. Одна из ветвей полабских славян, жившая в современном районе Германии Люхов-Данненберг (Нижняя Саксония). В 9-м веке были завоёваны немцами; в середине 18-го века полностью утратили свой язык, то есть прекратили своё существование.

После исчезновения ДРЕВАН (ДРЕВЯН), непонятно, какой этноним считать каноническим. Часто (хотя и не всегда) за основу берётся ведь самоназвание этноса. В данном же случае самоназвание неизвестно или недостоверно, письменных памятников от самого народа не осталось, и поэтому приходится верить на слово тем существующим и поныне народам, которые с ДРЕВАНАМИ (ДРЕВЯНАМИ) когда-то контактировали. Немцы называют их словом DRAWEN, поляки – DRZEWIANIE, а на верхнелужицком языке этот этнос называется так: DRJEWJANSCY SŁOWJENJO (буквально: ДРЕВЯНСКИЕ СЛАВЯНЕ). Но так ли это достоверно? К примеру, в верхнелужицком языке есть слова DRJEWAR – дровосек, DRJEWJANY – деревянный, DRJEWNO – древесина, и где гарантия, что лужичане, говоря об этих славянах, не переиначили их самоназвание, подогнав его под свой язык? Полабские славяне – это понятие очень растяжимое; некоторые из этих племён говорили на языках, которые сильнейшим образом отличались от языков и диалектов всех остальных славян (в том числе и так называемых полабских!). Что же касается того, как называли ДРЕВАН (ДРЕВЯН) другие народы – славянские и неславянские, – то их мнения вообще не имеют никакого значения в данном вопросе, ибо эти народы всего лишь повторяли то, что услышали от немцев или от поляков.

Поскольку ничего, кроме слухов и туманных представлений об этом народе, быть не может, составляю на правах неуверенного предположения такую конструкцию биконсонантных корней для объяснения этнонима ДРЕВАНЕ (ДРЕВЯНЕ):

XwD + JR + WN = ведущие начало + от совещания + жрецов.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: od-ir-wen.

Первоначальное значение вписывается в большое количество других индоевропейских этнонимов: племя, ведущее свою родословную от некоего важного события.

Как называли себя сами ДРЕВАНЕ (ДРЕВЯНЕ) мы не знаем, но другие славяне вполне могли подогнать услышанный этноним под свои собственные этнонимы – такие, например, как ДРЕВЛЯНЕ и ДРЕГОВИЧИ.

 

83.  ДРЕВЛЯНЕ, ДЕРЕВЛЯНЕ (этноним)

Восточнославянское племя, жившее на территориях Житомирской и Киевской областей.

В белорусском языке: ДРАЎЛЯНЕ; малороссийском: ДЕРЕВЛЯНИ; в сербском: ДРЕВЉАНИ; в чешском: DREVLJANÉ; в словацком: DREVLANIA.

Первый вариант: живущие в лесах (среди деревьев) – в противопоставление ПОЛЯНАМ (смотрим статью), которые живут в полях.

Второй вариант:

XwD + JR + WL = ведущие начало + от совещания + военных лидеров.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: od-ir-wel.

В дальнейшем происходят переосмысления по аналогии со словом ДЕРЕВО – дескать, это племя, живущее среди деревьев, в лесах, в дебрях.

Правильным нахожу только второй вариант, а первый безоговорочно отвергаю.

 

84.  ДРЕВНИЙ

Считается, что это слово старославянского происхождения (ДРЕВЛЬНЬ, ДРЕВЬНЬ) и оно восходит к слову ДРЕВО (ДЕРЕВО). Стало быть, ДРЕВНИЙ – это такой же старый, как дерево (надо полагать, старое дерево, а не любое). Такое объяснение представляется мне совершенно неубедительным и натянутым. Внешнее сходство со словом вовсе не обязательно должно означать историческое родство с ним.

Тем не менее, версию о том, что слово ДРЕВНИЙ означает такой же, как очень старое дерево, я засчитываю в качестве первого варианта.

Теперь – второй вариант:

ST + RXj + WN = установленное + вождями + и жрецами.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: st-re-wen.

Дальнейшая фонетическая судьба: strewen > trewen – закономерно. И затем: tr > dr – по аналогии со словом, обозначающим дерево.

Первоначальное значение: то, что издавна установлено нашими лидерами (вождями и жрецами). То есть: старинные обычаи и законы. Затем происходит переосмысление в духе народной этимологии: такое, как старое дерево (например, могучий дуб).

Отдаю предпочтение второму варианту.

 

85.  ДРЕГОВИЧИ (этноним)

Восточнославянский племенной союз, существовавший на территории нынешней Белоруссии.

По-литовски: DREGOVIČIAI или DRĖGVA; по-старославянски: ДЬРЬГОВИЧИ; по-белорусски: ДРЫГАВIЧЫ, а также ДРУГУВIТЫ и ДРАГУВIТЫ; по-польски: DREGOWICZE или DROGOWICZE; по-русски: ДРЕГОВИЧИ. Русский вариант просматривается в языках малороссийском, чешском, словацком и сербском, а также в немецком, каковые языки пошли просто вслед за русским, исходя из его авторитетности.

Совершенно обособленным выглядит старославянский вариант, но он не подтверждается никакими другими языками. Непонятно, как к этому относиться – то ли это сохранившаяся древняя форма, то ли это простая прихоть людей, которые знали о дреговичах лишь по слухам и которые по своей воле переделали их название (а это самое обычное явление). На всякий случай отрабатываю эту версию.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней (на основе старославянского слова).

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

XwD + JR + JGhw = зародившиеся (ведущие своё начало) + с совещания + (куда) явились на зов.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: od-ir-igwh.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней (на этой же самой основе):

DJ + RJ + GhW = в постоянной тревоге + движутся + насторожённо прислушиваясь.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: di-ri-ghew.

Первый вариант производит впечатление очень разумного, и он похож на многие другие этнонимы – это его сильная сторона. Второй же вариант совершенно безупречен в фонетическом отношении, чего не скажешь о первом, к которому у меня есть небольшие претензии, но в смысловом отношении он не очень убедителен. Хотя и сказать, что он совсем невозможен, я тоже не могу.

Теперь рассматриваю третий вариант – на основе остальных славянских языков и литовского языка. Вопрос стоит так: здесь был корень либо ДРЕГОВ-, либо ДРОГОВ-, что следует считать совершенно одним и тем же. Белорусские варианты (ДРЫ-, ДРА-, ДРУ-) не должны сбивать с толку – это просто попытка белорусов, в духе народной этимологии, подогнать это слово под какие-то другие слова своего языка.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DR + GXw + WX = привязанные (обязательствами) + к словам (клятвы) + священно.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dre-go-wa.

По поводу третьего биконсонантного корня: могут быть варианты, против которых я ничего не имею. Приведу примеры вариантов:

DR + GXw + WT = привязанные (обязательствами) + к словам (клятвы) + на долгие годы.

DR + GXw + XwW = привязанные (обязательствами) + к словам (клятвы) + торжественным.

Можно делать и другие предположения, но в целом это мало, что меняет.

Первоначальное значение по этому варианту в любом случае будет таким: те, которые на межплеменной сходке дали клятву верности. То есть речь шла об объединении племён, каковому придавалось большое значение.

 

86.  ДРЕКОЛЬЕ

Современное значение: палки и дубины, применяемые в качестве оружия.

На древнерусском и старославянском языках: ДРЬКОЛЬ, ДРЪКОЛЬ. На древнечешском языке: DŘKOLNA – бревно, дубина.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DR + RKw + KwL = для драки + хранимые + дубины.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-ikw-kwel.

Первоначальное значение: хранимые для драки или боевых действий дубины.

 

87.  ДРЕМАТЬ (ДРѢМАТЬ), ДРЁМА

Современное значение русского глагола ДРЕМА́ТЬ: пребывать в состоянии полусна. В дореволюционном написании: ДРѢМАТЬ, но при этом существовало и существует ещё и слово ДРЁМА (дремотное состояние), а чередование гласных Ѣ/Ё внутри корня – это редкое явление, и оно требует своего объяснения. Что считать историческим корнем – ДРѢМ- < drēm- или ДРЁМ- < drem-?

В древнерусском языке: ДРѢМАТИ.

В белорусском: ДРАМА́ЦЬ; в малороссийском: ДРIМА́ТИ; в болгарском: ДРÉМЯ; в сербском: ДРИJЕМАТИ; в словенском: DREMATI; в чешском: DŘÍMATI; в словацком: DRIEMAT; в польском: DRZEMAĆ; в верхнелужицком: DRĚMAĆ; в нижнелужицком: DREMAŚ.

У Андреева находим такую среднеиндоевропейскую конструкцию биконсонантных корней (первый вариант):

DR + XjM = пленит + меня (и затем удерживает).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-em.

Дальнейшая фонетическая судьба: drem > ДРЁМ-, но ни в коем случае не ДРѢМ-!

Первоначальное значение: дремотное состояние – это то, что охватывает меня и чему я не могу противиться.

Полагаю, что существовала ещё и такая биконсонантная конструкция (второй вариант):

DR + XXj + XjM = пленит + энергично + меня.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-ae-em.

Дальнейшая фонетическая судьба: draeem > drēm- > ДРѢМ-.

Первоначальное значение: примерно такое же, но делается смысловой упор на более сильное пленение.

В латинском языке обращаем внимание на глагол DORMĪRE – спать. Смотрим статью в моём «Этимологическом словаре латинского языка» и видим, что русское ДРЕМАТЬ и латинское DORMĪRE – это слова разного происхождения, а их звуковое сходство – случайно.

В шведском языке обращаем внимание на глагол DRÖMMA – мечтать (похожие слова есть и в других германских языках). Сходство с русским словом ДРЁМА – не случайно, ибо это результат древнего заимствования прагерманским языком из дославянского языка.

 

88.  ДРЕСВÁ

Малоупотребительное слово со значениями: мелкий щебень или крупный песок.

Исходить следует из польского слова DRĄSTWO. Из него искусственно восстанавливается древнерусское слово: ДРЯСТВА (или ДРЯСТВО). Современную русскую форму ДРЕСВА, существующую в действительности, не следует учитывать для установления этимологии.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhR + NKj + TW = на дороге + заботливо + твёрдым (посыпаем).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhre-nk’-twe.

Первоначальное значение: гравий, песок или другой твёрдый материал, которым заботливо посыпают дорогу.

 

89.  -ДРИП- (корень), ЗАДРИПАННЫЙ

Страдательное причастие прошедшего времени от глагола ЗАДРИПАТЬ. Рассматривать следует корень -ДРИП- или, с учётом диалектного происхождения этого слова, может быть, и -ДРЫП-. Последнее – в качестве неуверенного предположения.

Современное значение слова ЗАДРИПАННЫЙ: замызганный, затасканный, истрёпанный, испачканный.

И теперь – среднеиндоевропейская конструкция с учётом предположения, что здесь – корень -ДРИП- (первый вариант):

DR + JP = раздирать + колючими кустами.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-ip.

Первоначальное значение не нуждается в пояснениях.

Версия, осторожно предполагающая, что здесь мог быть корень -ДРЫП- (второй вариант):

DR + RW + WP = раздирать + вырывая + швыряя.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  dr-ru-up.

Далее: drruup > drūp > дрып-.

Первоначальное значение: нечто истерзанное буйными поступками.

Отдать предпочтение, как кажется, следует первому варианту, потому что именно корень -ДРИП- и считается литературным. Но, следует учитывать: слово очень уж специфическое и в русской литературе отражено слабо; с другой стороны, в просторечье постоянно встречается корень -ДРЫП-. Поэтому сомнения в выборе предпочтений остаются.

 

90.  ДРИСТАТЬ

Слово хорошо отражено во всех славянских языках, но имеет в них разные варианты. Считаю, что нужно принять за основу славянский вариант ДРИСК-, а не современное русское ДРИСТ-. Отсюда – среднеиндоевропейская конструкция:

DhJ + RJ + SK = справляя нужду (большую) + содрогаться (от напряжения) + нанося удары (нравственные, оскорбляющие слух).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhi-ri-sk.

Корень ДРИСТ- не может быть исконным, ибо не имеет смысла. Это же касается и варианта ДРИЗД- – это поздняя западнославянская переделка.

Современное значение: страдая от жестокого поноса, справлять большую нужду.

 

91.  ДРОБЬ, ДРОБИТЬ

DR + XwBh = разбивать на мелкие части + многочисленные.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dr-obh.

Современное значение: множество однообразных мелких предметов, по форме напоминающих крупинки или шарики; ДРОБЬ. А также: ДРОБИТЬ – разделять на очень мелкие части.

 

92.  ДРОВА

Современное значение русского слова ДРОВА́: известный вид топлива. Слова ДРОВА и ДЕРЕВО (смотрим статью) не являются однокоренными, тем не менее, не только в научном мире, но и в русском национальном сознании укоренилось убеждение в том, что это слова-родственники. Это же касается и других славянских языков, да и во всём Индоевропейском мире очень заметно: оба понятия настолько сильно сблизились, что порою, нельзя понять, где один корень, а где другой.

В старославянском языке: ДРЪВА.

В белорусском: ДРÓВЫ и ДРЫВА́; в малороссийском: ДРÓВА. В остальных славянских языках трудно понять, о чём, собственно идёт речь – о дровах или о дереве. Например, в болгарском языке: ДЪРВА́ – дрова, ДЪРВÓ – дерево; в словенском: DREVO и DRVO – дерево; DRVA – дрова; в чешском: DRVO – дерево, древесина.

В албанском языке: DRU.

В литовском: DRAVÌS – борть; в латышском: DRAVA – борть; в древнепрусском: DRAWÍNE – улей.

Кроме того, есть множество других убедительных примеров, доказывающих, что в индоевропейских языках в словах с таким же примерно значением всегда было сочетание согласных [dr], что представляется очень важным, ибо означает следующее: конструкция Андреева DXw + RW (смотрим статью ДЕРЕВО) здесь совершенно не срабатывает. Андреевская конструкция подразумевает сочетание звуков [dor], но ни в коем случае не [dr]. У предков южных и западных славян была возможна ситуация dor > dr, но это было поздним явлением. Мы же наблюдаем сочетание [dr] в разных ветвях Индоевропейского мира в тех случаях, когда речь идёт о дровах, о древесине и о растущих деревьях. Всё указывает на то, что здесь присутствует биконсонантный корень DR из Основного списка биконсонантных корней (смотрим) со значениями: раздирать на части, обрабатывать острым орудием.

Считаю, что русскому слову ДРОВА предшествовала такая среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней (первый вариант):

DR + XwW + XjX = раскалываю + для согревания + огненного (а не от тёплой одежды).

Среднеиндоевропейское звучание: dr-ow-ea.

Первоначальное значение: ствол дерева, подвергаемый измельчению (с помощью каких-то инструментов) для того, чтобы мелкие части можно было использовать для обогрева в домашних условиях. Осторожно допускаю, что третьего биконсонсонантного корня не было вовсе или он был в этой конструкции, но не с самого начала, а встроился в неё позже, но это ничего не меняет. Уточнение о том, что согревание делается с помощью огня, а не одежды, добавляет доверия именно к этой конструкции.

Вполне допускаю, что в среднеиндоевропейских диалектах были также похожие по смыслу и звучанию две таких конструкции:

Второй вариант.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DR + WX + XjX = раскалываю + пополам + для огня.

Среднеиндоевропейское звучание: dre-wa-ea.

Третий вариант.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DR + XjW + XjX = раскалываю + для дома + для огня.

Среднеиндоевропейское звучание: dr-ew-ea.

Конструкции при переходе из одного среднеиндоевропейского диалекта в другой могли переделываться, переосмысливаться и даже пересказываться совсем другими биконсонантными корнями, и это было обычным делом. Отсюда и возник общеиндоевропейский разнобой по поводу того, что считать деревом, а что считать дровами.

 

93.  ДРОЖАТЬ, ДРОЖЬ

Современные русские слова ДРОЖЬ, ДРОЖАТЬ, ДРОЖАНИЕ и другие, как правило, описывают вибрацию, возникающую у человека в связи с холодом или эмоциональным состоянием. Кроме того, такие же колебательные движения, обозначаемые этими же словами, могут приписываться листьям деревьев, земле под ногами, воздуху и т.д. (ДРОЖАЩИЕ на ветру листья, ДРОЖИТ земля под ногами, ДРОЖАНИЕ утреннего воздуха).

В малороссийском языке: ДРИЖА́ – дрожь.

В литовском языке: DRUGYS – лихорадка.

Если исходить из того, что ДРОЖАНИЕ изначально понималось только как состояние человека (а не природы!), то можно предположить такую среднеиндоевропейскую конструкцию биконсонантных корней:

TR + GwXj = трястись (от страха) + как женщина.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: tre-gwe.

Дальнейшая фонетическая судьба: tr > dr – дисконтактная регрессивная ассимиляция по признаку звонкости.

Первоначальное значение: трястись от страха, подобно боязливой женщине.

 

94.  ДРОЗД (птица)

В современном русском языке: ДРОЗД – птица, имеющая много разновидностей, из отряда воробьинообразных.

В малороссийском: ДРIЗД; в болгарском и сербском: ДРОЗД; в чешском, словацком и польском: DROZD; в верхнелужицком: DRÓZN; в нижнелужицком: DROZN. Особая форма в словенском языке: DROZG.

В литовском: STRAZDAS; в латышском: STRAZDS; в древнепрусском: TRESDE.

В латинском: TURDUS.

В немецком и в датском: DROSSEL; в шведском: TRAST.

Считаю, что следует пренебречь заметным сходством с летто-литовскими и германскими словами и создать особую конструкцию:

DR + GjD = удерживает + наслаждением.

Среднеиндоевропейское произношение: dre-g’d.

Дальнейшая фонетическая судьба: dreg’d > drozd- – закономерно.

Первоначальное значение: певчий ДРОЗД – птица, поющая настолько приятно для слуха, что невозможно перестать слушать её.

 

95.  ДРУГ, ДРУГОЙ

Русские слова ДРУГ и ДРУГÓЙ, а также все их славянские эквиваленты имеют совершенно одно и то же происхождение, это однокоренные слова, и они должны рассматриваться в рамках одной словарной статьи.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhR + XW + GwX = по дороге + с другим + приходить.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhr-aw-gwa.

Первоначальное значение: тот, с кем идут вместе по одной дороге к одной цели; ещё один человек, добавленный к количеству идущих по одной дороге к одной цели (количество, к которому добавляют, может при этом равняться единице); спутник.

Современное значение русского существительного ДРУГ: тот, на кого можно положиться; тот, кто всегда придёт на помощь.

В старославянском языке: ДРѸГЪ – в два слога (один – в корне, другой – в окончании).

В малороссийском: ДРУГ; в болгарском: ДРУГ; в сербском: ДРУГ; в словенском: DRUG; в чешском и в словацком: DRUH; в древнепольском: DRUG.

В литовском: DRAUGAS – спутник, товарищ.

Слово ДРУГÓЙ считается в современном русском языке определительным местоимением. Значение его можно описать в таких выражениях:

– не тот, а этот; не этот, а тот;

– новый; тот, что появился вдобавок к тому, что уже есть;

– иной, не такой, как этот; совсем не такой, как этот…

В некоторых славянских языках понятие другой поменяло своё значение на понятие второй. В русском языке такие поползновения тоже встречаются, но редко. В целом, в русском языке не одобряется переосмысление определительного местоимения в порядковое числительное.

В старославянском языке: ДРѸГЪ ДРѸГА.

В белорусском языке: ДРУГÍ – второй; в малороссийском: ДРУ́ГИЙ – второй; в словенском языке: DRUG – другой; DRUGI – второй; в чешском: DRUH DRUHA – друг друга; DRUHÝ – второй; в польском: DRUGI – второй; в верхнелужицком: DRUHI – второй.

 

96.  ДРУЧИТЬ, ДРЮЧИТЬ, УДРУЧИТЬ

На старославянском языке: ДРѪЧЕНИЕ; на польском языке: DRĘCZYĆ – мучить.

Таким образом, рассматривается современный русский корень ДРУК-/ДРУЧ-.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DR + NGhj + KwXj = причинение боли + духовной + томительно долго.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dre-ngh’-kwe.

Современное значение: УДРУЧАТЬ – причинять длительную духовную боль.

 

97.  ДРЫГАТЬ

TR + XwW + WGh = трястись + от холода + беззащитно.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: tr-ow-ugh.

Далее: trowugh > trūgh > drūg- > ДРЫГ-.

Процесс tr > dr – дисконтактная регрессивная ассимиляция по признаку звонкости.

Первоначальное значение: трястись от холода и собственной беззащитности.

Современное значение: судорожно дёргать конечностями.

 

98.  ДРЫЗГАТЬ

Полагаю, что это некое шутливое наложение друг на друга глаголов ДРЫГАТЬ, БРЫЗГАТЬ и ДРИСТАТЬ – смотрим три статьи. В словаре Ефремовой значение глагола ДРЫЗГАТЬ описано так:

Пачкать, брызгая чем-либо жидким, расплёскивая жидкость вокруг себя.

То есть: все значения указанных выше трёх глаголов – присутствуют! Это совершенно необыкновенное обстоятельство, как кажется, делает ненужными никакие этимологические изыскания. Тем не менее, я осторожно выдвигаю такое предположение о такой среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhJ + RW + WGhj = пачкать (осквернять) + и рвать + истязая (издеваясь, глумясь).

Предположительное среднеиндоевропейское звучание: dhi-ru-ugh’.

В дальнейшем, якобы, так: dhiruugh’ > dhirūgh’ > dirūz-… Позже: di > дь > д, а также: ū > ы. Получается довольно правдоподобно, но я ни на чём не настаиваю.

 

99.  ДРЫХНУТЬ

DR + WKj + KX = спать, лишившись сил + приткнувшись (куда попало) + с очень сильным желанием.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  dr-uk’-kx.

Дальнейшая фонетическая судьба: druk’kx > drūx > ДРЫХ- – строго закономерно.

Современное значение: ДРЫХНУТЬ – спать, будучи сильно утомлённым и не позаботившись о собственном комфорте или о приличиях (спать – где попало и как попало).

 

100.               ДРЯБЛЫЙ

DhR + NB = кряхтящий + беспомощно.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhre-nb.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhrenb > drẽb- > ДРЯБ-.

Для сравнения: литовское DRIMBA – лежебока, увалень.

Современное значение: ДРЯБЛЫЙ – беспомощный, ослабленный, ветхий.

 

101.               ДРЯЗГИ

В старославянском языке: ДРѦЗГА – бурелом, валежник, сплавной лес.

Думаю, что в этом случае имело место древнее столкновение двух похожих по звучанию слов, которым в ходе переосмысления было приписано и смысловое сходство. Первое из значений было примерно таким: вязанка хвороста, щепки, сухие ветки, мешающий мусор. Второе значение было каким-то образом связано с человеческими отношениями – склоками, скандалами, обидами.

Этимология по первому значению. Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhR + JM + SG = тяну + с трудом + связанное.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhr-im-zg.

Далее: dhrimzg > … > drẽzg- > ДРЯЗГ-.

Первоначальное значение: вязанка хвороста. Более поздние значения: валежник, сплавной лес, бурелом, щепки и различный древесный мусор.

Этимология по второму значению. Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhR + RM + SK = устало + упрекать + причиняя боль (своими речами).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dher-rem-sk.

В дальнейшем могло быть приблизительно так: dherremsk > dhrremsk > dhremsk > drẽsk…

Современное значение: ДРЯЗГИ – ненужные склоки, скандальное поведение, скандальные поступки.

 

102.               ДРЯНЬ

Современное значение русского слова ДРЯНЬ: нечто плохое и негодное (человек, поступок, событие, предмет). Возможно, более ранним значением было такое: ветхие, негодные вещи; ненужный хлам; старьё.

Слово не имеет никаких ощутимых однокоренных следов в славянских языках и существует в русском языке само по себе. Есть попытки увязать его со словами ДРЯБЛЫЙ и ДРАТЬ, но это не более, чем фантазирование.

На правах неуверенного предположения, рассматриваю такую среднеиндоевропейскую конструкцию (первый вариант).

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhJ + RN + NXj = дерьмо + замечать + не нужно.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhi-ren-ne.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhirenne > direne… Много позже, уже на этапе русского языка, возникает сближение со словами ДРЯХЛЫЙ и ДРЯБЛЫЙ.

В поисках более точного решения с соблюдением всех фонетических формальностей можно прийти ещё и к такому предположению (второй вариант):

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhJ + RM + BN = о дерьме + наставление + злое.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhi-rem-ben.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhiremben > dhirembn > dirẽbn- > ДЬРЯН- – всё строго закономерно, но остаётся без объяснений перевод слова в женский род.

Произвести более конкретное исследование этого существительного – совершенно невозможно. Оно словно бы заперто изнутри и не позволяет войти в свою предысторию.

 

103.               ДРЯХЛЫЙ

Современные русские значения ветхий, неустойчивый, старый – чисто русское переосмысление. Изначально у этого слова были такие значения: печальный, унылый.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DR + NS + JL = терзаемый + запуганный + невзгодами.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dre-ns-il.

Дальнейшая фонетическая судьба: s > x – не закономерно, а по аналогии с другими похожими словами (ДРЫХНУТЬ); в некоторых славянских языках такого перехода не отмечается.

Первоначальное значение: тот, кто подавлен горем или тяготами жизни.

 

104.               ДУБ (растительность)

В старославянском языке: ДѪБЪ; в польском: DĄB (хотя в родительном падеже: DĘBU); в болгарском: ДЪБ, в македонском: ДАБ; в словенском: DOB; в чешском, словацком и обоих лужицких: DUB; в древнерусском: ДѸБЪ; в малороссийском и белорусском: ДУБ; в сербском – практически так же.

За образец принимается старославянская форма ДѪБЪ!

Обращаю внимание на полабское слово со значением яблоня: JABŁKODĄB, что можно было бы понять так: яблоневый дуб, если бы не отголосок древнего значения слова: DĄB в полабском языке – любое дерево. Для всех остальных славян дерево ДУБ – это то самое, что на латинском языке называется существительным женского рода QUERCUS и является официальным ботаническим термином.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhX + NBh (или MBh) = древо + небесное.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  dha-nbh(или mbh).

Дальнейшая фонетическая судьба: dhaombo > … > ДѪБЪ.

Примечание: биконсонантные корни NBh (Основной список) и MBh (Дополнительный список) имеют в большинстве случае одно и то же значение. Иногда невозможно понять, какой именно из двух биконсонантных корней имел место. В данном случае – именно так.

Первоначальное значение: величественное (возможно, мифическое) дерево, растущее до самого неба. Или так: дерево, стремящееся вырасти до неба, имеющее некую внутреннюю связь с небом.

Во второй вариант я объединяю сразу три конструкции, к которым отношусь с недоверием:

1) DXw + NBh (или MBh) = жертвоприношение + небесам.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: do-nbh(или mbh).

Первоначальное значение: дерево, используемое для жертвенных костров или в других ритуальных целях.

2) DhN + BhX = достигающее + богов.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhen-bha.

Первоначальное значение: очень высокое дерево, достигающее небес, где живут боги.

3) DN + NBh = говорящее + с облаками.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: den-nbh.

Первоначальное значение: очень высокое дерево, достигающее облаков.

Между тем, латинское слово QUERCUS имеет самое прозаическое значение:

KwL + RK = бревно + хорошее.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: kwel-rk.

По другой версии:

KwL + RKw = бревно + откладываемое про запас (настолько ценное).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: kwel-rkw.

С другой стороны, слова BERÛ, BERÎ, DARBERÛ со значением ДУБ в курдских диалектах производят совершенно другое впечатление. У биконсонантного корня BhR одно из главных значений – значительное жертвоприношение, щедрый дар, и именно это видно в курдских словах.

Предпочтение отдаю первому варианту, всё остальное считаю интересными допущениями.

 

105.               ДУБРАВА (растительность), ДУБР- (корень)

Общеславянское слово ДУБРА́ВА образовано таким образом: ныне не существующий в чистом виде корень ДУБР- соединился со словообразующим элементом -АВА, который вполне можно считать и суффиксом. Значение словообразующего элемента -АВА – нечто священное или очень торжественное (смотрим статью -АВА). Этимология слова ДУБ также имеет отношение к рассматриваемому слову (смотрим статью ДУБ).

И теперь самая главная задача: рассмотреть этимологию корня ДУБР-.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhX + NBh (или MBh) + RXj = древо + небесное + вождей.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dha-nbh(или mbh)-re.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhanbh(или mbh)re > dombr-.

Первоначальное значение: священная дубовая роща либо один-единственный священный дуб, возле которого вожди совершают ритуалы и какие-то другие важные мероприятия (суд, провозглашение воли вождя и т.п.).

И, тем не менее, это не ответ на вопрос о том, какова этимология слова ДУБРАВА. Дело в том, что в Славянском мире существует не одно слово с таким значением, а два похожих друг на друга, и нельзя понять, какое из них изначальное, а какое более позднее.

Славянские разногласия по поводу этого слова хорошо видны на примерах старославянского языка и польского: ДѪБРАВА и DĄBROWA – соответственно. Носовой звук в первом слоге подтверждают оба языка, и это нужно принять как нечто не подлежащее сомнению, но во втором слоге мы видим два разных гласных, и это не тот же самый случай, что старославянское слово БРАДА, польское BRODA и русское БОРОДА. Это и есть главная трудность!

В самом деле: что мы видим в Славянском мире?

В русском языке: ДУБРАВА и ДУБРОВА; в белорусском: ДУБРОВА; в малороссийском: ДУБРОВА и ДIБРОВА; в болгарском: ДЪБРАВА; в сербском: ДУБРАВА, хотя известный хорватский город называется ДУБРОВНИК; в словенском: DOBRAVA; в чешском: DOUBRAVA; в словацком: DUBRAVA; в нижнелужицком: DUBRAWA, а в верхнелужицком это слово не сохранилось. Это означает, что во всех трёх ветвях Славянского мира существуют колебания по поводу второго слога: ra или ro.

Возникает устойчивое впечатление: ещё на дославянском этапе существовали два слова с разными значениями – возможно, близкими. Позже была сделана попытка сложить оба паронима в одно-единственное слово, но попытка эта была осуществлена по-разному, отсюда и разногласия.

Первый эпизод я уже описал: это сложение корня и суффикса:

ДѪБР- + -АВА.

А второй эпизод произошёл намного раньше – ещё на Среднеиндоевропейском этапе.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DXw + BhR + WX = поднесение + жертвоприношения + ритуальное.

Несколько иное толкование этой же конструкции: … = поднесение + жертвоприношения + нимфам.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание:  do-bhre-wa.

Дальнейшая фонетическая судьба: dobhrewa > dobhrowa > dobrowa – строго закономерно.

Первоначальное значение: ритуал жертвоприношения, обращённый к Высшим Силам (божествам, нимфам).

И, таким образом, стали одновременно существовать два слова: dobrowa (ритуал жертвоприношения Высшим Силам) и dombrawa (священная роща). Поскольку ритуалы жертвоприношения Высшим Силам всегда происходили на фоне природы, то оба слова стали восприниматься со временем, как одно и то же, но при этом возникло два раннеславянских слова, одно из которых было похоже на первое, а другое – на второе.

На раннеславянском этапе эти два слова звучали так: dõbrova и dõbrava (к этому времени звук [w] полностью заменился у славян на звук [v]).

В современном русском языке не вполне понятно значение слова ДУБРАВА. Общепринятое мнение: это дубовый лес или дубовая роща. Но есть и такое мнение: это любой лиственный лес. Есть и третье мнение: это любой однородный лес – например, берёзовая дубрава.

 

106.               ДУГА, РАДУГА

В современном русском языке существуют два слова: 1) ДУГА́ – известная геометрическая фигура; 2) РА́ДУГА – известное оптическое явление в атмосфере.

Слово РА́ДУГА – чисто русское изобретение, которое не встречается больше нигде в Славянском мире. Это контаминация двух слов (точнее – корней!): РАДОСТЬ и ДУГА. Фасмер приводит также пример малороссийского диалектного слова: РАЙДУГА, которому я даю такое объяснение: РАЙСКАЯ ДУГА. В малороссийском языке это атмосферное и оптическое явление принято называть словом ВЕСЕЛКА; в белорусском – ВЯСЁЛКА. Оба слова – малороссийское и белорусское – хорошо подтверждают моё мнение о том, что РАДУГА в русском национальном сознании – это нечто радостное (радостная дуга!). У малороссов и белорусов – это нечто весёлое, у русских – радостное.

У остальных славян слово ДУГА, как правило, имеет два значения: явление природы и геометрическая фигура – одновременно, хотя в некоторых языках эти слова воспринимаются как устаревшие или диалектные. В болгарском языке: ДЪГА́; в сербском: ДУГА; в словенском: DOGA; в чешском: DUHA; в словацком: DÚHA; в польском: DĘGA, DĄGA.

В литовском языке: DANGÚS – небо; в жемайтском: DONGOS – небо.

Начать исследование нужно со среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней для литовского слова DANGÚS (первая конструкция):

DX + NG + XW = река + божественная + над нами.

Предполагаемое звучание данной среднеиндоевропейской конструкции: da-ng-aw или da-ng-au.

Родительный падеж единственного числа современного литовского слова DANGÚS – DANGAUS. Например, DANGAUS SFERA – небесная сфера (буквально: неба сфера).

Первоначальное значение: небо – это река, протекающая над нами! Так понимали небо среднеиндоевропейские предки литовцев и жемайтов.

Между тем, исконно славянским считается всё то, что имеет либо праславянское происхождение, либо италийское. И то, и другое суть совершенно разные индоевропейские ветви, которые к тому времени, когда они слились воедино, значительно различались между собою. Изначально это были два разных языка, а не два диалекта одного и того же языка. Поэтому следует определиться: славянское слово ДУГА имеет праславянское происхождение, а не италийское. Праславяне имели представления о мире весьма близкие к тем, которые были у предков литовцев. Очень часто предки славян и предки летто-литовцев называли одни и те же явления по-разному, но имея в виду один и тот же взгляд на жизнь. Похожую картину мы наблюдаем и со словом РАДУГА. Предки праславян (протославяне), жившие в Среднеиндоевропейскую эпоху, описывали радугу в такой конструкции биконсонантных корней (вторая конструкция):

DX + NG + GhXw = на реке + божественной + изогнутая.

Предполагаемое звучание: da-ng-ghō.

Дальнейшая фонетическая судьба: dangghō > danga > dõga > ДУГА́ – строго в рамках всех фонетических законов. Польское слово DĄGA имеет ударение на предпоследний слог, что является отклонением. Древнее славянское слово звучало так же, но с ударением на последний слог.

Первоначальное значение протославянской конструкции: РАДУГА – это то, что на небесной реке выглядит как нечто изогнутое. Биконсонантный корень GhXw из списка Андреева имеет именно такое значение: нечто изогнутое. В своей книге «Индоевропейская предыстория» («Язык древних ариев») я в специальной статье дал очень подробное объяснение этому двусогласному корню, куда и отсылаю.

Считаю, что образ небесной реки был создан внутри сатэмной ветви индоевропейского мира, но особенно не настаиваю на этом. Позже образ мог и перекочевать в кентумную половину индоевропейцев.

Выводы по словам ДУГА и РАДУГА.

1) У славян слово ДУГА (ещё в древнем произношении) означало известное атмосферное оптическое явление. Геометрическую фигуру это слово стало означать позже – с сохранением и первоначального значения. В русском языке, однако, слово ДУГА стало восприниматься только как геометрическая фигура, а для атмосферного оптического явления было придумано новое слово.

2) С точки зрения строгой грамматики, русские слова ДУГА и РАДУГА не могут считаться однокоренными – это два разных корня! В самом деле: если мы будем считать, что в слове РАДУГА корень -ДУГ- (тот же, что и в слове ДУГА), то в таком случае, что означает фрагмент РА-? Приставки (так же, как и суффиксы) не бывают одноразовыми. Если мы о чём-то говорим, что это приставка, то должны быть и другие подобные примеры (не менее трёх), а их нет. Стало быть, в слове РАДУГА мы выделяем корень РАДУГ- и окончание женского рода.

 

107.               ДУДА, ДУДКА, ДУДЕТЬ

Современное значение русских слов ДУ́ДКА и ДУДА́: известный духовой музыкальный инструмент.

В белорусском языке: ДУ́ДКА; ДУДА́ – волынка; в малороссийском: ДУ́ДКА, ДУ́ДА; в словенском: DUDA; DUDE (множественное число) – волынка; в чешском и в словацком: DUDY (множественное число) – волынка; в польском: DUDY (множественное число) – волынка; в верхнелужицком: DUDKA; DUDY (множественное число) – волынка.

В литовском языке: DAUDÀ – свирель.

В латышском языке: DŪDAS (множественное число) – волынка.

В венгерском – заимствование из славянских языков: DUDA – волынка.

Из всех перечисленных примеров самым важным словом представляется литовское, но – лишь в фонетическом отношении! В отношении же смысловом более всего обращает на себя внимание такое значение: волынка. И именно это самое значение мы и видим в среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней (первый вариант):

DhX + WDh = дуновение + извергает из себя.

Наиболее вероятное среднеиндоевропейское звучание: dha-udh.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhaudh > daud- (в литовском языке!) > ДУД-.

Первоначальное значение: волынка. Биконсонантный корень WDh очень настойчиво указывает именно на это.

В качестве неуверенного предположения, допускаю ещё и такую конструкцию биконсонантных корней (второй вариант):

DhX + WDh + XXj = дуновение + извергает из себя + энергично.

Наиболее вероятное среднеиндоевропейское звучание: dha-udh-ae.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhaudhae > daudā > ДУДА́.

 

108.               ДУЖИЙ, ДЮЖИЙ, ДЮЖЕ

ДУЖИЙ – диалектное слово со значениями сильный, мощный, крепкий. В малороссийском языке: ДУЖИЙ – то же самое. В польском языке: DUŻY – большой, сильный; DUŻO – много. В литовском языке: DAUG – много; в латышском: DAUDZ, DAUDZI – много.

ДЮЖИЙ – литературное слово современного русского языка, имеющее примерно те же самые значения: очень сильный, очень крепкий, здоровый, прочный и т.п.

Разница между словами ДУЖИЙ и ДЮЖИЙ заключается в следующем: первое слово выглядит как обычное славянское слово, но именно оно малоупотребительно и даже не всем понятно в России; второе же слово выглядит не просто необычно, а не по-славянски и не по-русски, ибо слоги ДЮ и ТЮ не свойственны славянским языкам в принципе, и, тем не менее, именно это слово является частью литературного языка и потому понятно всем.

Проводить этимологическое исследование можно только и только с первым словом, считая его исконно славянским, русским и вообще правильным. Второе слово – это некое речевое отклонение, которое почему-то восторжествовало в русском языке.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DXw + WG = дающий + плодородие.

Предполагаемое звучание: do-wg.

Первоначальное значение: то, что даёт плодородие и силу. Вариант: тот, кто даёт.

 

109.               ДУЛЕБЫ (этноним)

Название крупного славянского племенного союза. В основном так назывались восточнославянские племена, но были и чешские ДУЛÉБЫ, а, возможно и какие-то другие. Поскольку этноним возник задолго до возникновения славян, то специально привязывать его к той или иной славянской ветви нет смысла.

В древнерусском языке: ДУЛѢБИ, ДУЛѢБЫ.

В белорусском языке: ДУЛÉБЫ; в малороссийском: ДУЛÍБИ, ДУДЛÍБИ; в болгарском и в македонском: ДУЛЕБИ; в сербском: ДУЉЕБИ; в чешском: DOUDLEBOVÉ, DOUDLEBI; в словацком: DULEBOVIA, DUDLEBOVIA; в польском: DULEBOWIE, DUDLEBOWIE; в древнепольском: DULĘBOWIE.

Старинною польскою формою DULĘBOWIE следует пренебречь, ибо она ничем не подтверждается. Далее следует вспомнить, что для восточных и для южных славян действовало правило: dl > l, а на западных славян это правило не распространялось, поэтому особую ценность имеют те формы, где сохранилось дославянское сочетание [dl]. Кроме того, обращаем внимание на букву «Ѣ» в древнерусском языке и имеем в виду правило: славянская фонема |ѣ| во всех своих проявлениях обязана своему происхождению дославянским дифтонгам aj, oj и реже – ej. Малороссийское слово ДУДЛÍБИ следует считать причудливою смесью западнославянского и малороссийского произношений (сочетание [dl], невозможное для восточных славян, и одновременно i < ѣ, а это малороссийское явление!). Таким образом, дославянское произношение рассматриваемого корня, представляется таким: doudlojb-. Среднеиндоевропейское же сочетание биконсонантных корней представляется, по этой причине, только таким:

DW + DL + JBh = разделившись надвое + долго (ещё) + на виду (оставались друг у друга).

Среднеиндоевропейское звучание: dew-dle-ibh.

Дальнейшая фонетическая судьба: dewdleibh > doudlojb- > ДУЛѢБ- – закономерно.

Первоначальное значение: речь идёт о некоем племени – ещё протославянском! – которое, хотя и разделилось на две части, но всё же обе части находились на виду друг у друга и не расходились слишком далеко.

Версию О.Н. Трубачёва о германском происхождении этнонима (daudlaiba – наследство умершего) – отвергаю.

 

110.               ДУНУТЬ; ДУЮ

Предварительное пояснение: слова ДУ́НУТЬ и ДУ́Ю (ДУ́ЕШЬ, ДУ́ЕТ… – для простоты такие перечисления далее опускаются) глаголы разных видов! ДУНУТЬ – это инфинитив совершенного вида, от которого можно образовать форму будущего времени ДУНУ, а отнюдь не ДУЮ. Глагол же ДУЮ входит в парадигму глагола несовершенного вида ДУТЬ, но имеет разное с ним происхождение. Иными словами: глаголы ДУНУТЬ и ДУЮ, хотя и не включаются в одну парадигму, но являются однокоренными и вместе рассматриваются в данной статье только по этому признаку, что никак не противоречит здравому смыслу.

В старославянском языке: ДѸНѪТИ – дунуть, ДѸНѪ – дуну.

В польском: DUNĄĆ – дунуть, DUNĘ – дуну.

Все остальные славянские примеры, кроме этих двух, не имеют значения. Эти же два примера позволяют понять то, что в русском глаголе ДУНУТЬ корнем является ДУ-, а -НУ- – это всего лишь обычный глагольный суффикс, служащий для образования глаголов совершенного вида так же, как и в глаголах кольНУть, копНУть, лягНУть, метНУть. Стало быть, этимологическому исследованию должен подвергаться лишь корень ДУ-, о котором мы знаем – через посредство старославянского и польского языков, – что он никогда в прошлом не содержал в себе носового звука (смотрим статью ДУТЬ – где как раз говорится о носовом звуке в корне именно этого глагола!). И это означает, что в предславянскую эпоху этот корень произносился как dau- или как dou-. Есть мнение, что на предславянском этапе дифтонги [au] и [ou] вообще никак не различались на слух и, скорее всего, стали произноситься в конечном итоге только как [ou], что, впрочем, не имеет никакого значения для решения поставленной задачи, ибо достоверно известно, что au > u, а равным образом: ou > u.

Уточняем: этимологическому исследованию должен подвергаться предславянский корень dau-/dou-, имеющий, как кажется, какое-то отношение к идее дуновения. Исходя из этого, составляем следующую среднеиндоевропейскую конструкцию биконсонантных корней:

DhX + XW = пар (или дым) + прочь отгоняю.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dha-aw или dha-au, что одно и то же.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhaau > dhāu > dau > (dou?) > du- – в полном соответствии со всеми известными фонетическими законами. Последнее звено этой цепочки – это уже восточнославянское языковое состояние корня.

Первоначальное значение: отгонять (развеивать) дым или пар. Ни из чего не следует, что имелось в виду дуновение – то есть выдувание воздуха с помощью усилия изо рта человека. Вполне возможно (и даже – скорее всего!), имелось в виду движение, которое выполнялось рукою или каким-то другим предметом.

Проводим сравнение:

1) История развития корня ДУ- в глаголе ДУНУТЬ: dhaau > dhāu > dau > du-. Носового гласного нет и никогда не было.

2) История развития корня ДУ- в глаголе ДУТЬ: dum- > dun- > dõ- > du-. И именно в этом случае мы наблюдаем носовой звук!

Таким образом, у восточных славян возникло два одинаковых по звучанию корня, которые поначалу различались по смыслу (то есть, были паронимами) и имели два значения:

1) развеивать дым или пар;

2) делать выдох изо рта.

Но затем произошло сближение и, как следствие – омонимическое столкновение, которое длилось, видимо, не очень долго, после чего восторжествовала контаминация, но довольно своеобразная.

У славян омонимия всегда считалась нежелательным явлением. В данном случае омонимическое столкновение произошло по чисто фонетическим причинам. Существуют два славянских фонетических закона:

1) au/ou > u – закон распространяется на все без исключения славянские языки;

2) õ > u – закон действителен для большинства славянских языков, в том числе и для восточных славян.

Именно из-за этих двух законов и возникло фонетическое сходство современных русских глаголов ДУТЬ и ДУНУТЬ.

Между тем, глагол ДУНУТЬ – это совершенный вид, и этот же самый глагол должен иметь форму несовершенного вида. Где она? Нынешний глагол несовершенного вида ДУТЬ не следует принимать во внимание, ибо его сходство с глаголом ДУНУТЬ случайно. Вопрос ставится таким образом: как должна выглядеть форма настоящего времени несовершенного вида от глагола ДУНУТЬ при условии, что она будет образована от того же самого корня? И это не праздное любопытство, ибо глагол ДУЮ образован как раз от этой самой формы!

Форму инфинитива несовершенного вида у глагола ДУНУТЬ для предславянского состояния я восстанавливаю так: douti или, скорее всего, douati, dowati. Если бы в современном русском языке существовал глагол ДÓВАТЬ или, быть может, ДОВА́ТЬ, то именно от него бы и образовывалась форма ДУ́Ю. Сравним: ПИРОВА́ТЬ – ПИРУ́Ю, ДАРОВА́ТЬ – ДАРУ́Ю и т.п., примеров очень много. Противопоставление ДОВА́ТЬ (ДÓВАТЬ?) – ДУ́Ю вписалось бы в эти многочисленные примеры. Хотя есть и возражения, которые представляются несущественными: КОВА́ТЬ – КУЮ́, СОВА́ТЬ – СУЮ́; а мы ведь не наблюдаем формы ДУЮ́!

Но для того, чтобы инфинитив глагола ДОВА́ТЬ (ДÓВАТЬ?) образовал форму ДУ́Ю (а пусть бы и ДУЮ́ – эта разница не столь важна), нужно, чтобы такой инфинитив, как минимум существовал в языке. А этого как раз и нет! Полагаю, однако, что в древнерусском языке должен был иметь место глагол ДОВАТИ. Если же это предположение отвергнуть как пустое фантазирование, то тогда возникает вопрос: как и от чего именно смогла образоваться современная русская форма ДУЮ?

Современные русские формы настоящего времени глагола ДУЮ… имеют аналоги в славянском мире. Например в чешском языке: JА́ DUJI – я дую, TY DUJEŠ – ты дуешь, ON DUJE – он дует, MY DUJEME (DUJEM) – мы дуем, VY DUJETE – вы дуете, ONI DUJÍ – они дуют. Но, что касается глагола ДОВАТЬ (ДОВАТИ) – это, строго говоря, всего лишь предположение. Нужны дополнительные исследования, и объяснения должны быть найдены, возможно, лишь в славянских диалектах, а не литературных славянских языках.

 

111.               ДУПЛО

Слово общеславянское, но с колебаниями в значениях и в фонетическои облике. Правильнее было бы говорить о корне, а не о слове. У всех трёх восточнославянских народов: ДУПЛО; в старославянском: ДѸПИНА; в болгарском: ДУПЪЛ – полый; в сербском: ДУПЉА – дупло; в словенском: DUPELJ – полый; DUPLO – дупло; в чешском: DOUPA, DOUPĚ – дупло; в польском: DUPA – задница; DUPEL и DZIUPŁO – дупло; в верхнелужицком языке: DUPA – дупло, DUPJEČ – скворечник.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhXw + WP + LXw = острым + ударяя + углубляю.

Предполагаемое звучание: dho-up-lo.

Первоначальное значение: ДУПЛО – выемка в стволе дерева.

 

112.               ДУРЬ, ДУРИТЬ, ДУРНОЙ

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhW + RXj = глупо (легкомысленно) + кричать (плакать).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhew-re.

Далее: dhewre > dhoure.

Первоначальное значение: глупый крик, капризное поведение.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DhW + RJ = глупо (легкомысленно) + сотрясаться от рыданий.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhew-ri.

Далее: dhewri > dhouri.

Современное значение: то, что связано с глупостью или одурачиванием: ДУРАК, ДУРНОЙ, ДУРИТЬ, ДУРЬ.

 

113.               ДУTЬ, ДУНОВЕНИЕ

По мнению Даля: ДУТЬ – это производить теченье воздуха. От себя добавлю: это глагол несовершенного вида; для глагола же совершенного вида отведена особая статья: ДУНУТЬ (смотрим статью). Глаголы ДУТЬ и ДУНУТЬ имеют различное происхождение и, с исторической точки зрения, не могут считаться однокоренными.

В старославянском: ДЪМѪ – дую.

В древнерусском языке: ДѸТИ – дуть, ДЪМѸ – дую.

В белорусском: ДУЦЬ, ДМУ; в малороссийском: ДУ́ТИ, ДМУ; устарелые формы в сербском языке: ДУТИ, ДМЕМ; в словенском: NADMEM, NADOTI SE; в чешском: DOUTI, DOUT, DMU; в польском: DĄĆ, DMĘ; в полабском: DAME – дует.

В литовском: DÙMTI, DUMIÙ.

Дославянский инфинитив реконструируется с некоторыми незначительными погрешностями примерно так: dumti > dunti > dõti. Второй формы могло и не быть вовсе, а последняя не вызывает сомнений, но по-настоящему надёжно её подтверждают только два языка – словенский и польский: NADOTI SE и DĄĆ, что не должно смущать, ибо остальные славянские инфинитивы отнюдь не опровергают её. Например, DOUTI – в чешском языке, ДУ́ТИ – в малороссийском.

Из форм настоящего времени этого глагола берём для простоты только форму 1-го лица единственного числа, и она реконструируется таким образом: dumom > dumon > ДЪМѪ – в старославянском языке.

Стало быть, мы имеем формы dumti (dum-ti) и dumom (dum-om), из которых выделяем дославянский корень dum-. Именно этот корень и объявляется предметом этимологического исследования в данной словарной статье!

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DhX + XwX + WM = пар + водяной + досаждающий мне (на который я, по этой причине, дую).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dha-oa-um.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhaoaum > dāum или dōum.

Предславянское произношение: dum-.

Первоначальное значение: дуть на горячую воду (или другую жидкость), чтобы она поскорее остыла.

По смыслу, от глагола несовершенного вида ДУТЬ должна происходить и форма несовершенного вида настоящего времени ДУЮ (все остальные формы настоящего времени для простоты изложения не рассматриваются). Исторически, однако, так получилось, что формы ДУТЬ и ДУЮ имеют разное происхождение, ибо происходят от разных среднеиндоевропейских конструкций биконсонантных корней.

 

114.               ДУХ

Современные значение русского слова ДУХ можно описать с помощью словаря Ожегова примерно так:

– сознание, мышление;

– внутренняя, моральная сила;

– бесплотное, сверхъестественное существо;

– истинный смысл чего-либо.

С помощью моей книги «Индоевропейская предыстория» можно описать не само это слово, а то явление, которое обозначается им: невидимая сила, мыслящее облако (возможно, воображаемое). Запах, дым, воздух (то, чем дышат) автоматически входили в число всех этих значений, и всё это вместе взятое поначалу никак не различалось в смысле отдельных слов для каждого из этих явлений.

В старославянском: ДѸХЪ.

В малороссийском языке: ДУХ; в болгарском: ДУХ; в сербском: ДУХ; в словенском: DUH; в чешском и в словацком: DUCH; в польском: DUCH; в обоих лужицких: DUCH.

Среднеиндоевропейское сочетание биконсонантных корней:

DhX + WS = дым (знакомый) + щекочущий (ноздри).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dha-us.

Дальнейшая фонетическая судьба: au > u; s > x (согласно «правилу руки»).

Весь процесс преобразований полностью и в строгой последовательности: dhaus > daus > (dous >) ДУХ-.

Первоначальное значение: узнаваемый дым, щекочущий ноздри (дым родного стойбища, родного селения, узнаваемый издалека). Позже: знакомый дым, знакомый запах. Ещё позже: любой запах.

Кроме того, ещё на стадии среднеиндоевропейского значения только что созданной конструкции возникло и такое совершенно особое представление: некое газовое (или даже воображаемое!) облако, несущее в себе ценную информацию или даже обладающее собственным сознанием. Отсюда возникли представления о ДУХЕ, как о божественной сущности. Подробности возникновения этого образа тщательно описаны в моей книге «Индоевропейская предыстория» («Язык древних ариев») в первой и во второй частях книги. Я считаю, что образ Невидимой Силы или Разумного Газового Облака стоял у истоков человеческих представлений о Боге и о Верховном Разуме.

Слово ДУША имеет не то же самое происхождение, что и слово ДУХ, хотя сближение между этими двумя разными словами несомненно и было. Смотрим словарную статью ДУША.

 

115.               ДУША

Из всех современных значений русского слова ДУША́ заслуживает пристального внимания только одно-единственное: внутренняя сущность человека, противопоставляемая телу. Определение – моё собственное. По моим собственным представлениям, ДУША – материальна, но её отличие от тела заключается в её невидимости и неосязаемости. Все остальные значения, на мой взгляд, суть вторичны и потому не рассматриваются.

В старославянском языке: ДѸША.

В белорусском: ДУША́; в малороссийском: ДУША́; в русинском: ДУША́; в болгарском: ДУША́; в македонском: ДУША, ДУХ; в сербском: ДУША; в словенском: DUŠA; в чешском: DUŠE; в кашубском: DЁSZA; в польском: DUSZA; в обоих лужицких: DUŠA.

В латышском: DVĒSELE; в литовском: SIELA; в жемайтском: DŪŠĖ.

Во всех германских языках употребляется одно и то же слово, но – в разных произношениях, отчего оно меняется до неузнаваемости. В датском языке: SJÆL, в исландском: SА́L; в голландском: ZIEL. Наиболее важным считаю немецкое слово SEELE – душа, ибо оно более всех остальных слов приближается к древнегерманской форме.

Считаю целесообразным начать исследование с латышского слова DVĒSELE. Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней для латышского слова:

DW + XjS + XjL = раздвоение + сущности + взмывает вверх (в языках пламени).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dw-es-el, du-es-el.

Первоначальное значение: душа, отделяющаяся от тела, во время ритуального сожжения покойника на костре.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней для литовского слова SIELA:

XjS + XjL + XjX = сущность + взмывает вверх + в огне (ритуального костра).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: es-el-ea.

Первоначальное значение: душа – это то, что отделяется от сжигаемого на костре мёртвого тела и уносится вверх.

Обращаю совершенно особое внимание на то, что и у предков латышей, и у предков литовцев душа называлась биконсонантным корнем XjS, самое точное и несомненное значение которого таково: то, что реально существует! Это означает, что индоевропейцы Среднего периода не сомневались в том, что душа – это некое вещество, имеющее место в действительности. Душа – это был для них факт, а не предположение!

Идея раздвоения у предков латышей подразумевает, что при жизни у человека было единство души и тела, а в ходе ритуала погребения душа отделяется от тела. Различие литовского и латышского слов восходит к Среднеиндоевропейскому уровню, что лишний раз подтверждает моё мнение о том, что литовцы и латыши – это две разные индоевропейские ветви, которые просто сильно сблизились.

Жемайтское слово, видимо, является простым заимствованием из славянских языков: я не могу дать ему летто-литовское объяснение.

Германские слова являются древним заимствованием из летто-литовских языков. Этимологии немецкого слова SEELE полностью соответствует всё то, что написано для объяснения предыстории литовского слова SIELA.

Среднеиндоевропейская предыстория русского и общеславянского слова ДУША, по моим представлениям, должна каким-то образом сближаться или перекликаться с тою конструкцией биконсонантных корней, от которой произошло латышское слово DVĒSELE. Предлагаю два варианта такой конструкции.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DW + XjS + JX = разделяется пополам + сущность + священно.

Среднеиндоевропейское звучание: dew-es-ja.

Первоначальное значение почти такое же, как и у латышского слова DVĒSELE.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DW + XwS + JX = раздвоение + во мне (внутри меня!) + священное.

Среднеиндоевропейское звучание: du-os-ja.

Первоначальное значение совершенно другое, но сходство с летто-литовским взглядом на душу всё-таки есть:

Первый вариант хорош тем, что в нём просто повторяется та же самая мысль, что была у предков латышей. Такой пересказ одних и тех же мыслей с помощью разных биконсонантных корней – это самое обычное дело в истории индоевропейцев Среднего периода, и это производит сильное впечатление. Но фонетическая сторона дела во втором варианте сильнее, чем в первом.

Если правилен второй вариант, то это означает, что он не праславянского происхождения, а италийсковенетского. Всё италийское в славянских языках приравнивается к исконно славянскому.

Склоняюсь ко второму варианту.

 

116.               ДЫБА (пытка)

DW + WB + BX = сомневающегося + истязают + чтобы говорил.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-ub-ba.

Дальнейшая фонетическая судьба: duubba > dūba > ДЫБА – закономерно.

Современное значение: ДЫБА – вид пытки.

 

117.               ДЫБОМ (торчком)

Слияние двух разных конструкций:

Первая конструкция:

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DW + WBh = сомневаюсь + по поводу заметно торчащего (прилично ли?).

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-ubh.

Далее: duubh > dūbh.

Вторая конструкция:

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DW + MB = сомневаюсь + (считая) лишним.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: du-mb.

Далее: dumb > dūbm…

По обеим конструкциям, имеется в виду член. Вторая – германского происхождения.

Современное значение: ДЫБОМ – торчком. Например: хвост ДЫБОМ, волосы ДЫБОМ.

 

118.               ДЫЛДА

На правах неуверенного предположения.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhW + WD + DL = глупый + ленивый + длинный.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: dhu-ud-dl.

Далее: dhuuddl > dhūdl > dhūld- – метатеза.

Первоначальное значение – примерно то же, что и нынешнее: чрезмерно высокий и нескладный человек.

 

119.               ДЫМ

Современное значение русского слова ДЫМ: известного рода горячий газ с мелкими частицами продуктов горения.

В белорусском языке: ДЫМ; в малороссийском: ДИМ; в болгарском, македонском и сербском: ДИМ; в чешском: DÝM; в словацком: DYM; польском: DYM; в обоих лужицких: DYM.

В древнепрусском: DUMIS; жемайтском: DŪMĀ; в литовском: DŪMAI; в латышском: DŪMI.

В латинском: FŪMUS.

В древнеиндийском: DHŪMА́S.

Первый вариант (по материалам Н.Д. Андреева).

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhX + WM = дым + ощущаемый мною.

На Среднеиндоевропейском этапе это произносилось примерно так: dha-um.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhaum > dhūm- > dūm- > ДЫМ-.

Второй вариант (чисто гипотетический, но очень правдоподобный).

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhX + XjW + MXw = дым + когда идём домой + высоко (над лесом поднявшийся).

Среднеиндоевропейское произношение: dha-ew-mo.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhaewmo > dhaumo > … > dhūm- > dūm- > ДЫМ-.

Первоначальное значение, по этой версии: высоко поднимающийся над лесом дым стойбища, который видят издалека возвращающиеся домой путешественники и по которому ориентируются.

 

120.               ДЫНЯ

Общеславянское слово. То есть этот плод был известен славянам ещё до их распределения по большим пространствам Европы.

Первый вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DW + WG + NX = разрезаемый пополам + спелый плод + пахнущий (приятно).

Звучание: du-ug-na.

В дальнейшем ожидается слово ДЫНА, а не ДЫНЯ. Переход na > na нуждается в объяснении, и я его дать не могу.

Второй вариант среднеиндоевропейской конструкции биконсонантных корней:

DW + WG + NJ = разрезаемый пополам + спелый плод + для вождя (который достоин такого деликатеса).

Предполагаемое среднеиндоевропейское произношение: du-ug-nje.

Первый вариант представляется более разумным, но он имеет маленький фонетический изъян; второй безупречен в фонетическом отношении, но не столь убедителен в отношении смысловом.

Первоначальное значение по обоим вариантам: некий вкусный плод, но какой именно – понять невозможно. Одно очевидно: это не ДЫНЯ в нынешнем значении этого слова; я также не думаю, что это была ТЫКВА (смотрим статью).

 

121.               ДЫРА, ДИРА

Русские слова ДЫРА и ДИРА изначально имели разное значение и столь же разное происхождение. В виде исключения, разбор обоих слов объединяется в одну статью.

Слово ДЫРА́ надёжно не подтверждается ни единым славянским языком, и даже в русских текстах 18-го века это слово встречается очень редко; тогда говорилось и писалось: ДИРА, ДИРАВЫЙ, ДИРЫ, и лишь изредка – ДЫРА.

Поразительным образом, однако, русское слово ДЫРА подтверждается литовским и латышским языками!

В литовском языке: DŪRIS – прокол и DÙRTI – колоть.

В латышском языке: DŪRIENS – прокол, колотая рана и DURT – колоть.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней для литовского слова DŪRIS имела такой вид:

DhXw + WR + XwJ = протыкаю + веткою + одною.

Предполагаемое звучание: dho-ur-oi.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhouroi > dūri.

(Эта же самая конструкция – с незначительными оговорками! – годится и для латышского слова DŪRIENS.)

Первоначальное значение: описывается процесс протыкания с помощью ветки, очищенной от каких бы то ни было ответвлений; это одна-единственная ветка.

Уверен, что и в русском языке было слово, образованное в точности от этой же самой конструкции. Это было существительное женского рода ДЫРЬ. Надёжных доказательств этому моему предположению нет, но в словаре Даля находим два таких слова: ДЫРЬЯ и ДЫРЬЁ. Кроме того: прилагательное ДЫРЯВЫЙ не могло образоваться от слова ДЫРА. В самом деле: если была пара ДИРА – ДИРАВЫЙ, то должна быть и пара ДЫРА – ДЫРАВЫЙ! Её мы и находим в словаре Даля в качестве диалектной формы. Там же видим и прилагательные, образованные от корня ДЫРЬ-: ДЫРЯВЫЙ, ДЫРИСТЫЙ, ДЫРЯСТЫЙ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней для русского слова ДЫРА представляется такою:

DhXw + WR + XXw = проткнутое + веткою + с остриём (на конце).

Звучание: dho-ur-ao.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhourao > dhūrā > dūrā >ДЫРА.

Первоначальное значение: описывается процесс протыкания с помощью заострённой ветки. Сравниваем с предысторией литовского слова DŪRIS и видим, что это почти одно и то же. Предки летто-литовцев и предки славян мыслили совершенно одинаково, но высказали свои мысли на Среднеиндоевропейском этапе немного по-разному: здесь заострённая ветка, а там – ветка, очищенная от маленьких веточек, торчащих в разные стороны («одна-единственная» ветка!).

Устарелое русское слово ДИРА имеет совершенно другое происхождение. Изначально различался и смысл слов: ДЫРА (ДЫРЬ, ДЫРЬЁ) – это то, что образовалось от протыкания и имеет круглую форму, а ДИРА – то, что разодрано и имеет удлинённую форму. На каком-то этапе развития русского языка окончательно сработал механизм контаминации, и эти слова, наложившись друг на друга, стали восприниматься поначалу как совершенно одно и то же: дескать, ДЫРЬ и ДЫРА – это одно и то же слово, но только в разных вариантах произношения. И так же точно стали восприниматься слова ДЫРА и ДИРА – это, якобы, одно слово, но в двух вариантах. Позже формы ДЫРЬ и ДИРА полностью исчезли из языка, и осталась одна-единственная допустимая форма: ДЫРА.

И всё же слово ДИРА имеет свою собственную среднеиндоевропейскую предысторию, которая выражалась в такой конструкции биконсонантных корней:

DhXw + XjR + XwX = (когда) прокалываю + вытекает + вода.

Среднеиндоевропейское звучание: dho-er-oa.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhoeroa > dherā > dera > dira – всё строго закономерно, без единого изъяна! Последнее звено этой цепочки – это проявление славянского чередования гласных; сравним в русском языке: собЕРёт – собИРАть, раздЕРёт – раздИРАть. Примеров такого чередования в русском языке очень много – гораздо больше, чем об этом пишется в школьных учебниках, и здесь этот самый закон сработал в полную силу, хотя в Славянском мире есть случаи, когда он и не срабатывал – это языки словацкий и малороссийский (смотрим ниже).

В древнерусском языке и в старославянском: ДИРА.

В белорусском: ДЗIРКА; в чешском: DIRA. В сербском языке наблюдаем слово ДИРА, и это, как кажется на первый взгляд, тот же случай, но нельзя забывать, что сербы утратили гласный [ы] и заменили его во всех случаях на [и], поэтому полной уверенности в том, что сербское слово соответствует древнерусскому слову ДИРА, а не слову ДЫРА – быть не может!

В словацком языке: DIERA. В малороссийском: ДIРА – вместо ожидаемой формы ДИРА! Это слово не соответствует древнерусскому слову ДИРА, но соответствует словацкому слову DIERA. Сюда же следует отнести и верхнелужицкое слово DŹĚRA.

В польском языке: DZIURA; в полабском: DARA. Обе эти формы до такой степени особые, что даже непонятно, можно ли их соотносить с русскими словами ДЫРА и ДИРА. Очевидно, что и в этих двух случаях тоже сработали механизмы контаминации, но в каких-то других вариантах.

 

122.               ДЫШАТЬ

Предварительное замечание: с исторической точки зрения, существует только корень ДЫШ-. Корня ДЫХ- (или его древнего прототипа) изначально не было вовсе, и он появился намного позже под влиянием других похоже звучащих корней, о чём читаем ниже.

Современное значение русского глагола ДЫША́ТЬ: делать вдохи и выдохи.

В литовском языке находим слова: DŪSĖTI – пыхтеть и DUSĖTI – покашливать. Слова изображают равномерно повторяющиеся действия, связанные с дыхательным процессом.

В латышском языке: DUSET – пыхтеть, дышать, дремать, отдыхать. Действия пыхтеть и дышать описывают то же самое: равномерно повторяющийся дыхательный процесс. Действие дремать – означает спать, равномерно посапывая; действие отдыхать – всё не столь очевидно, но, если понимать отдых как сон с равномерными вдохами и выдохами, то получается почти то же самое.

В свете показанных выше примеров из двух близкородственных славянам языков, русский глагол ДЫШАТЬ следует понимать так: делать равномерные вдохи выдохи, чередующиеся через равные промежутки времени. Можно высказаться иначе: делать действие, состоящее из двух составных частей.

Стало быть, пытаясь представить себе среднеиндоевропейскую конструкцию биконсонантных корней, мы должны исходить именно из этого: создать нужно такую конструкцию, чтобы в ней речь шла о равномерных действиях, о каком-то двойном действии.

Биконсонантный корень DW [du, dw, dew] из Основного списка передаёт такие идеи: дважды, двояко, два, двое, раздвоенность – стр. 67.

Биконсонантный корень XwS [os] из Основного списка в числе своих значений имеет и такое: нечто единое, стр. 263.

Обращаю также внимание на одно из значений биконсонантного корня JXj [je] – также из Основного списка. Андреев описывает это значение так: близнецы, (пребывающие вместе), стр. 174.

Среднеиндоевропейская конструкция из показанных выше биконсонантных корней получается такая:

DW + XwS + JXj = дважды + в одном + (словно бы) близнецы.

О первоначальном значении можно поспорить, и это будут два толкования:

1) Подразумеваются две ноздри, расположенные в одном носу и выполняющие одно и то же действие – дыхание через нос. При таком толковании получается следующее понимание среднеиндоевропейской конструкции:

DW + XwS + JXj = двумя (ноздрями) + в одном (носу) + (словно бы) близнецы, действующие заедино.

2) Подразумеваются вдохи и выдохи, из которых и состоит непрерывный процесс дыхания; и вдох и выдох осуществляются двумя ноздрями, которые действуют как одно целое. При этом толковании получается так:

DW + XwS + JXj = дважды (вдох и выдох – два действия) + в одном (носу) + (словно бы) близнецы, действующие заедино.

Фонетическая сторона дела при обоих толкованиях остаётся совершенно одна и та же.

Вероятное среднеиндоевропейское звучание: du-os-je.

Дальнейшая фонетическая судьба: duosje > dūsje > ДЫША-. Строго закономерно для слов италийсковенетского происхождения, а не праславянского. Всё италийсковенетское приравнивается к исконно славянскому.

Какой из двух вариантов толкования конструкции следует признать правильным?

Склоняюсь к тому, чтобы признать таковым второй, но прекрасно понимаю, что и на чашу весов первого ложатся очень весомые доводы.

И всё же наиболее правильным будет такой ответ на этот вопрос: оба понимания существовали более-менее одновременно! В одних диалектах было одно понимание, а в других – другое. И это самое обычное дело в эпоху среднеиндоевропейских диалектов, когда конструкции биконсонантных корней могли пониматься по-разному. Обычным делом было то, что они полностью или частично пересказывались другими биконсонантными корнями и при этом первоначальный смысл подвергался изменениям. Говорить о том, что всё это происходило в процессе заимствований из диалекта в диалект – неправильно. Нельзя говорить о заимствованиях, когда речь идёт о диалектах одного и того же языка, правильнее было бы назвать это перетеканием информации из диалекта в диалект.

В дальнейшем произошло сближение корней ДЫШ- и ДУХ-/ДУШ-, в результате чего возник корень ДЫХ-. Например, в старославянском языке: ДЫХАТИ, в современном русском языке: ОТДЫХАТЬ. Я бы охарактеризовал этот процесс так: частичная контаминация. Термин паронимизация – также считаю очень правильным для этого случая.

 

123.   ДЯДЯ (родство, семья)

Современное русское значение: ДЯ́ДЯ – брат отца или матери; кроме того: муж тёти. В древнерусском языке значение было более узким: только брат отца; для брата матери было другое обозначение: УЙ (смотрим статью).

Кроме того, совершенно особо выделяю и такое значение, существовавшее в русском языке ещё в 19-м веке: наставник для мальчиков и юношей, воспитатель, командир. В русской классической литературе это значение хорошо отражено. У Пушкина в «Руслане и Людмиле» сказано: «И с ними дядька их морской». Так назван автором командир отряда, состоявшего из тридцати воинов – в современном понимании это был бы командир взвода. У Лермонтова: «Скажи-ка дядя, ведь не даром…». Это было почтительное обращение молодого солдата к старому. Вполне допускаю, что именно это значение и есть самое главное.

В малороссийском языке: ДЯ́ДЬО, ДЯ́ДЬКО; в белорусском: ДЗЯ́ДЗЯ.

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DhM + DXj + XjM = у нас дома + сдерживает + меня.

Среднеиндоевропейское звучание конструкции: dhem-de-em.

Дальнейшая фонетическая судьба: dhemdeem > demdem > dẽdẽ > ДЯДЯ.

Первоначальное значение: ДЯДЯ – это тот человек в нашей семье, который имеет надо мною власть, сурово присматривая за моим поведением. Ни из чего не следует, что это брат отца или матери. Это просто авторитетный для ребёнка мужчина, который следит за порядком, за тем, чтобы дети (возможно, только мальчики!) не шалили.

 

124.   ДЯТЕЛ (птица)

В белорусском языке: ДЗЯЦЕЛ; в малороссийских диалектах: ДЯТЕЛ, ДЯТЛИК, ДЯКЛИК, ЯТЕЛ, ЯТIЛЬ; в сербском языке: ДJЕТАО, родительный падеж: ДJЕТЛА, в хорватских диалектах: DJETLIĆ; в болгарском: ДÉТЕЛ: в словацком: DATEL; в польском: DZIĘCIOŁ (с носовым гласным в первом слоге!); в верхнелужицком: DŹEĆELC; в нижнелужицком: ŹEŚELC.

Вначале был среднеиндоевропейский корень со значением зуб (которое позже получило такое дополнительное значение: зубило!).

Среднеиндоевропейская конструкция биконсонантных корней:

DN + TW = языком + поддерживаемый.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: den-tu.

Несколько позже, но в пределах Среднеиндоевропейской эпохи, возникла такая конструкция в точности описывающая известную птицу:

(DN + TW) + LXw = зубилом + выдалбливающий.

Предполагаемое среднеиндоевропейское звучание: den-tu-lo.

Праславянская и славянская судьба корня: den- > dẽ- > дя-.

Первоначальное значение: ДЯТЕЛ.

Конструкция DN + TW, хорошо сохранившаяся в других индоевропейских ветвях, предками славян была исключена из дальнейшего словообразования и сохранилась только в случае с названием этой птицы.